Книга Повелительница, страница 138 – Юлия Белова

Опустив Луну обратно на колени, Анна снова посмотрела на Тамишу. Во взгляде Повелительницы, обращённом на королеву Левинии, не было ни капли того тепла и заинтересованности, с которыми она только что смотрела на щенка. Лишь холодная отстранённость, словно перед ней стояло не живое существо, а пустая оболочка.

— И что? — задала она вопрос, и голос её прозвучал как удар хлыста. — С чего вдруг ты решила, что здесь тебе помогут?

Тамиша искренне удивилась — брови взметнулись вверх, губы приоткрылись. Затихшая было злость стала возрастать в ней с новой силой, разливаясь по венам жгучей волной, заставляя сердце биться чаще.

— Это мой дом! — как само собой разумеющееся воскликнула девушка, и голос её прозвучал звонко, почти вызывающе. — Я имею право здесь находиться!

Анна разочарованно покачала головой, и в этом движении читалась усталая горечь — словно она смотрела на несмышлёного ребёнка, не усвоившего простейших истин.

— Видимо, как ни билась Садише, а твоя мать так и не научила тебя ничему, — произнесла она ровным, холодным тоном. — Согласно законам Аркахаллы, девушка, вышедшая замуж, переходит во власть семьи мужа и более не смеет надеяться на помощь отчего дома. Она полностью становится собственностью семьи супруга, и все проблемы отныне — их заботы.

— Этому закону никто не следует! — яростно воспротивилась Тамиша, пытаясь вскочить на ноги, но тут же осеклась под тяжёлым взглядом Тавера. — Я не какая‑то там девка! Я дочь Повелителя Джихиньяра, сестра Повелителя Одаша — и какая‑то рабыня не смеет указывать мне!

Повелительница аккуратно ссадила Луну на пол. Недовольная таким раскладом, волчица заворчала, заскребла лапами по мрамору, будто пытаясь взобраться обратно. Анна, не отрывая взгляда от лица Тамиши, шагнула вперёд — медленно, размеренно, словно хищник, оценивающий жертву.

— Допустим, — сказала Анна, возвышаясь над сидящей на полу Тамишей, — ты могла рассчитывать на помощь матери, бабки или Магнеша. Но с чего ты решила, что получишь помощь Одаша?

— Он — мой брат, — уверенно ответила Тамиша, вскинув подбородок.

Во взгляде Анны промелькнула такая злоба, что Тамиша невольно отшатнулась назад. Холодная ярость, годами копившаяся внутри Повелительницы, вдруг прорвалась наружу — в сжатых губах, в прищуренных глазах, в едва заметном дрожании пальцев.

— Как ты могла рассчитывать на помощь человека, ребёнка которого убила? — жёстко спросила Анна, и каждое слово звучало как удар хлыста.

Тамиша замерла. Её глаза широко распахнулись, зрачки расширились от шока. Она даже представить не могла, что когда‑нибудь они узнают правду. Она ведь тогда так хорошо всё провернула… К тому же она не думала, что Одаш был бы сильно расстроен. Зачем ему нужен был ребёнок от девки‑рабыни, если она, Тамиша, могла подарить ему много сыновей с благородной кровью?

Анна проигнорировала шокированный взгляд Тавера, брошенный на неё. Все её спокойствие могло вот‑вот лопнуть — словно натянутая струна, готовая порваться. Сколько лет она ждала, скрывала боль, прятала ненависть под маской безразличия… И вот наконец настал момент, когда она может отомстить.

— Я… не понимаю, о чём ты… — наконец выдавила из себя Тамиша, голос её дрожал, срывался.

— Не понимаешь? Что ж, значит, я ошиблась, — резко отстранилась Повелительница, и в её тоне прозвучала ледяная насмешка.