Книга Избранная, страница 119 – Юлия Белова

Магнеш.

Его лицо — в кровавых разводах. Левая рука безвольно повисла, но правая всё ещё держала меч, отбивая удары с упрямством загнанного зверя.

Он убил одного из нападавших. Второй пал от руки последнего оставшегося рядом воина — но тот тут же рухнул, сраженный третьим противником.

Теперь — один на один.

Магнеш дышал тяжело. Пот смешивался с кровью на лбу. Усталость уже брала своё, но он не сдавался. Каждый взмах меча — как вызов судьбе. Каждый шаг — как обещание: я не упаду без боя.

Анна замерла.

Перед ней был враг.

Но сейчас он был просто человеком — израненным, одиноким, обречённым.

А за её спиной — тишина.

Люди ждали её решения.

Магнеш упал на колени.

Последние силы покинули его. Меч, словно якорь, ушёл в землю — только он и удерживал воина от падения. Грудь тяжело вздымалась, дыхание вырывалось хриплыми, прерывистыми толчками. Кровь стекала по лицу, застилая глаза, но он всё ещё пытался поднять взгляд — упрямо, отчаянно.

Его противник замер над ним.

Огромный, как скала. Меч в руке — чёрная тень на фоне багрового неба. Он не спешил. Тянул момент. Вдыхал запах победы, смаковал её, как вино.

Несколько мгновений — и он медленно занёс клинок.

— Стой!

Крик Анны разорвал напряжённую тишину, прокатился над двором, как удар грома.

Мечник резко обернулся. В его глазах — настороженность, злость. Он явно не ожидал появления постороннего.

Даже Магнеш с трудом приподнял голову. Взгляд — мутный, но цепкий. Он пытался понять: кто? Зачем?

— Приведи сюда Сайса, — приказала Анна стражнику, застывшему рядом.

— Но… — тот запнулся, не решаясь возразить.

— Живо!

Голос — как хлыст. Стражник вздрогнул и бросился обратно к тронному залу, не осмеливаясь спорить.

Анна шагнула вперёд.

Каждый шаг отдавался в груди глухим стуком сердца. Она приближалась — медленно, но неумолимо. Мечник следил за ней, и в его взгляде читалась нескрываемая враждебность. Он был уверен в себе. Слишком уверен. Даже сейчас, когда его противник едва держался на коленях, он не чувствовал угрозы.

А зря.

Едва Анна подошла ближе, она поразилась жажде крови в его глазах. Он не узнал её. Или ему было всё равно. В этот момент для него существовала лишь одна цель — завершить то, что он начал.

— Приказ наследника: убить всех предателей на месте, — произнёс он, и в голосе звучала неприкрытая угроза.

— Ты не убьёшь его, — твёрдо ответила Анна.

Её взгляд — прямой, бесстрашный. Она не отступила ни на шаг.

Уголок губ мечника дрогнул. Слова Анны разожгли в нём бешенство. Он сжал рукоять меча крепче, мышцы напряглись, готовые нанести удар.

Но ждать больше было нельзя.

Один взгляд — на Чоксо. Короткий, как молния.

И в тот же миг кинжал вакхалийца вспорол воздух.

Лезвие — холодное, безжалостное — врезалось в горло мечника. Тот даже не успел понять, что произошло. Глаза расширились от шока, рука рванулась к ране, но было поздно. Кровь хлынула сквозь пальцы, он захрипел, пошатнулся и рухнул на землю.

Тишина.

Только дыхание Анны — учащённое, но ровное. Она смотрела, как безжизненное тело медленно оседает на землю. В её взгляде не было ни торжества, ни жалости — лишь холодная отстранённость. Смерть перестала быть чем‑то невероятным; она стала обыденностью, тенью, следующей по пятам.

Чоксо, невозмутимый, как скала, аккуратно вытер клинок о плащ убитого. Металл блеснул в последних лучах закатного солнца, словно ухмыльнулся.