Книга Белая ворона, страница 36 – Мария Дубинина

Но я точно знала, что это не так.

— Соланж, прекрати.

Смуглокожая ведьма разжала пальцы, и мне стало легче дышать, как бы странно это ни звучало. Меня больше ничто не подавляло, и приближение другой женщины я заметила издалека, хотя ее голос только что раздавался совсем рядом с нами.

— Что опять? – возмутилась Соланж. – Я ей ничего не сделала, только поздоровалась.

Ветер донес до меня тихий усталый вздох.

Все ведьмы были разными и похожими одновременно, внутри ковена они становились роднее сестер, и пусть их внешность оставалась прежней, в глубине что-то неуловимо менялось, перенастраивалось, и появлялось общее – я чувствовала их всех как единое существо. Оно пахло одним запахом, было окружено одной аурой и источало одно и то же ощущение тревоги. Перестав скрывать себя, Соланж буквально окатила меня волной угрозы, как если бы напрямую приставила нож к моему горлу. Ведьма, которая ее остановила, не спеша добралась до нас, и мягко улыбнулась.

— Мы ждали гостей, но не думали, что им окажется кто-то нездешний. Меня зовут Айон, в этом году я возглавляю ковен.

Айон была приятной женщиной лет тридцати пяти, светловолосой, с округлым добродушным лицом матери большого семейства и с такими же уставшими, но добрыми глазами. Такая могла бы печь пироги по субботам или выгуливать в парке детишек, но ее дети – это ведьмы ковена Майерс, и за ними нужно куда больше присмотра.

Красавица Соланж фыркнула и изящно отвела ногу, оголяя бедро в вырезе светлой юбки.

— Она кровососка, как и те, кто решил, что может безнаказанно пить кровь наших сестер. Айон, мы должны…

Матриарх ковена не сделала ничего, заметного взглядом, но Соланж подавилась несказанными словами, прижала ко рту ладонь и с ужасом посмотрела на отпечатавшийся на коже алый влажный след губ.

— В ближайший час тебе лучше помалкивать, – посоветовала Айон, и кровью запахло еще сильнее, еще соблазнительнее. Соланж с трудом сглотнула, и что-то сдвинулось у нее в горле, острыми углами оттягивая кожу. И мне не хотелось знать что.

Айон перевела взгляд серых глаз на меня и кивнула.

— Давайте пройдем в дом, сестры приготовили поздний ужин.

И я с трепетом поняла, что все – от крови, которой захлебывалась дерзкая Соланж, до приглашения на ужин – испытание для меня. Проверка, сколько я выдержу. А еще это значило, что ведьмы не сомневаются в своем превосходстве, раз готовы дразнить пса косточкой. Будь ты проклят, Бон! Нет у них конфликтов… Да как бы не так. Я действительно еще жива лишь потому, что прежде меня не видели, и ничего не помешает им уничтожить меня после ужина, если Айон так решит.

— Да, давайте перейдем в более подходящее место для разговора, – ответила я с некоторым запозданием, и ведьма его заметила. – Кстати, меня зовут…

— Нам известно, как тебя называют, Ворона. Или, лучше сказать, Белая Ворона. Так тебя называют тоже. И нам известно, что истинное имя ты услышать боишься.

Меня словно ударили плетью по лицу, а Айон уже развернулась и пошла обратно, не проверяя, собираюсь ли я за ней следовать. Боюсь, выбора все равно не было.

Вечер в противовес дню выдался прохладным, я заметила это отстраненно, по выработанной привычке, и, похоже, не мне одной было плевать на температуру. Соланж шла чуть впереди, но не сильно опережая, так что я всю дорогу до калитки была вынуждена наблюдать, как плавно и женственно движутся ее широкие бедра. Отсутствие обуви для нее не являлось проблемой, как и топ-бандо, вызывающе оголявший плоский живот, плечи и ключицы. Я не выдержала и поравнялась с ведьмой.