Книга Белая ворона, страница 37 – Мария Дубинина

— Что она с тобой сделала? – спросила я.

Соланж вместо ответа приоткрыла губы и провела по ним окровавленным языком. Я не знала, как реагировать, и Соланж хрипло рассмеялась, впрочем, надолго ее не хватило. Прижав ладонь ко рту, она замолчала и ускорила шаг, почти бегом устремившись за Айон.

Окна в длинном фермерском доме призывно светились на обоих этажах и даже на мансарде. Главная ведьма провела нас к крыльцу мимо хозяйственных построек и собачьей конуры. Судя по настороженному рыку из ее глубины, такая псина могла разорвать человека на части. Луна уже была высоко, когда передо мной распахнулась дверь, и девочка лет восьми серьезно спросила:

— Ну мы будем сегодня ужинать или нет? Я есть хочу.

— Ты же сама сказала, что надо подождать мертвую со снежными волосами, – улыбнулась Айон, потрепала недовольную девчушку по белобрысой голове и обратилась уже ко мне: – Филиппа родилась со склонностью к ясновидению. После обеда она предупредила всех, что ты придешь.

Филиппа вздохнула и схватила меня за ворот куртки.

— Идем скорее! Без тебя никто не начнет.

Вот и весь наш крутой план посыпался горсткой игральных карт благодаря маленькой Филиппе, видящей будущее. Я позволила ей довести меня до столовой и усадить на свободный стул. В тот момент, как я вошла в комнату с растопленным камином и вполне современными торшерами по углам, все взгляды скрестились на мне, точно металлическая сеть. Тяжелая. Из-под нее не сбежать.

— Она пришла, – сказала Айон, и напряжение развеялось без следа. Я не понимала этих женщин, хотя и много слышала о жизни в ковенах, они были слишком живыми для вампиров и слишком пугающими для людей.

Мне оставили место ближе к главе стола, где ожидаемо разместилась матриарх, а Соланж оказалась напротив меня. Кровь с ее губ исчезла, даже запаха не осталось, но смотрела она так, будто искушала, как Змей Еву. Я отвернулась.

— Поблагодарим предков и духов неба, земли, воды и огня за эту еду и день, прожитый в радости и благодати. Я в сестрах, и сестры во мне.

— Мать в сестрах, и сестры в Матери.

Родовые отношения ведьм могли смутить неподготовленного человека, каким я, к счастью, не являлась. Главную в ковене выбирали сроком на один год, и она занимала условную позицию Матери для всех остальных. Этакая волшебная мамочка целой толпы сестричек.

Маленькая Филиппа постучала вилкой по столу, глядя на меня с умильно-серьезным выражением личика.

— Уже можно, да?

— Да, – улыбнулась Айон. – Приятного аппетита, дорогая.

Еда оставила меня равнодушной, но, чтобы не выделяться, я съела кусок яблочного пирога с ягодным чаем, почти не ощущая вкуса. Что я тут делаю? Меня не должно здесь быть.

Но я здесь.

— Курочка чудесна, Мила, – похвалила Айон. – Новый рецепт?

— Весь секрет в травах, потом скину в чат.

Женщины принялись негромко переговариваться на совершенно обыденные темы вроде кулинарии, шопинга, цен на продукты и вредителей в цветнике. Я молча пила чай.

— А почему никто не разговаривает с гостьей? – вдруг спросила Соланж и подперла щеку кулаком. – Это даже как-то невежливо. Давайте поинтересуемся, какие блюда предпочитает она. А, Рэй?

Мое имя она произнесла, растягивая гласную, как жвачку. И чем я ей так не понравилась, причем с первого взгляда?

— Кофе, – спокойно ответила я. – Я люблю свежесваренный кофе.