Книга Хозяин серебряного леса, страница 58 – Ната Лакомка

Но это была не Бергит, это была Мюсла. Ещё больше раздобревшая, румяная, с лоснящимся лицом, в новом ярком платье и в переднике, в кармане которого торчала серебряная ложка.

— Добро пожаловать! — затараторила Мюсла, широко улыбаясь. — У нас вас ждут мягкая постель и вкусная еда! Сегодня баранья по… — тут она замолчала на полуслове и вытаращилась на меня, раскрыв рот и захлопав глазами, а потом взвизгнула: — Выдрочка! Это ты?!

Она радостно завопила и бросилась ко мне, раскинув руки для объятий. Мне ничего не оставалось, как отпустить руку господина Элейва и шагнуть вперёд. Я успела заметить, что рабского браслета на запястье у Мюслы не было.

Она чуть не сломала мне кости, тиская от души, а потом отстранилась, держа меня за плечи, и жадно оглядела:

— Да ты сейчас совсем знатная дама! Какой плащик! Какая шапочка! Сразу видно, что у тебя всё хорошо!

— Д-да, х-хорошо, — ответила я. — А к-как т-ты? Г-где д-девочки?

— Ой, да где они! — отмахнулась Мюсла. — На следующий же день собрались и умотали в столицу. Там и клиенты побогаче, и возможностей для смазливой девчонки побольше. А ты… — она стрельнула глазами в сторону колдуна и сказала почти шёпотом: — ты с колдуном теперь?

— Д-да, — кивнула я, с облегчением услышав, что Ингроса и Афла свободны. — Н-но т-ты… — я взяла Мюслу за руку, показывая, что браслета нет. — В-выкупили?

— Ха! — выдала она, подбоченясь. — Я теперь тут хозяйка. А вот мой муж, — и она рявкнула во всю глотку: — Люнгви! Паршивец! Поди сюда!

В кухне сразу что-то грохнуло, и в общий зал выглянула круглая физиономия сына Торстена и Бергит.

— Ты звала, цветочек? — спросил он у Мюслы.

— Всё, не нужен, — сказала она ему. — Занимайся делом.

— Хорошо, цветочек, — Люнгви скрылся в кухне.

— Видала? Как шёлковый, — похвалилась Мюсла. — Из рук у меня ест.

Больше я ничего не успела спросить, потому что серебряный колокольчик возле двери звякнул, и вошёл господин Винниль, сборщик налогов. Обычно Торстен боялся его, как огня, и всегда лебезил и кормил бесплатно, за лучшим столиком. Но Мюсла ничуть не испугалась, а опять крикнула:

— Люнгви! Господин Винниль пришёл! Быстро, оттяпай у своего папаши пару пальцев! Да неси сюда поскорее!

— Сейчас, цветочек! — раздалось из кухни.

Я так и впилась в Мюслу взглядом, не в силах выговорить то, о чём догадалась.

Но она поняла меня без слов.

— Ну да, — сказала она, понизив голос. — Должна же от толстяка быть хоть какая-то польза? Голову забрала Афла, одну ногу — Ингроса. Всё честно. Мы с господином Виннилем договорились — ему эту чертовку Бергит, нам Толстяка. А тех троих пришлось отдать, — она с сожалением покачала головой. — Какие-то непростые люди были, как оказалось. Но дело сразу закрыли. Никто даже разбираться не стал. А мы-то боялись, что сейчас нагрянут из столицы… — она хихикнула и толкнула меня плечом, хитровато поглядывая. — Слушай, а раз мы подруги, то можно мне наведаться в тот лес? Веточек, там, поотламывать… Понимаешь, постояльцы привыкли, чтобы их обслуживали хорошенькие девчонки. Вот, думаю, прикупить парочку смазливых рабынь и паренька какого-нибудь. Знатные дамы тоже любят поозорничать…

В это самое время сборщик налогов увидел Килби. И я увидела, как изменилось лицо господина Винниля. Он словно ангела небесного увидел. Поклонился несколько раз — быстро, с подобострастием, хотел заговорить, но тут взгляд его упал на колдуна, который как раз переступил с ноги на ногу и чуть повернулся, так что лицо попало в полосу света.