Книга Хозяин серебряного леса, страница 68 – Ната Лакомка

— Вы так добры ко мне, и я всего лишь хочу… — зашептала я, уже понимая — что-то не так.

— Именно поэтому не делай так больше, — повторил он всё так же, шёпотом. — Не хочу причинить тебе зло.

Какое зло? Разве он может причинить зло? Он самый добрый… И самый щедрый…

Пальцы его всё ещё касались моих губ, но это прикосновение было не началом. Я чувствовала, понимала, что это — прощание. Сейчас он уберёт руку, и всё закончится. Может, я ему не нравлюсь? Он же не видел меня…

— Я красивая, — сказала я тихо. — Многие об этом говорили.

— Я верю, — сказал он ласково, продолжая нежно гладить мои губы. — Потому береги свою красоту для единственного мужчины. Того, кто назовёт себя твоим мужем.

«А вы не назовёте?», — хотела я спросить, но он меня опередил, будто услышал мои мысли прежде, чем я успела их додумать.

— Я — не тот мужчина, можешь мне поверить, — ответил он на мой невысказанный вопрос.

— Почему? — у меня защипало в глазах и закололо в носу, так бывает, когда хочется заплакать.

— Просто поверь мне, — господин Элейв убрал руку и отстранился от меня.

Моя рука скользнула по его груди, упала на подлокотник, я опомнилась и села, съёжившись в своём кресле.

Некоторое время мы молчали, глядя каждый перед собой. Я видела раскрытую книгу на своих коленях, господин Элейв… Нет, я не знала, что видел он своим мысленным взором.

— На сегодня урок закончим, — произнёс он, наконец. — Я пойду к себе. Скажи Килби, чтобы не беспокоил меня.

Сказать Килби… чтобы не беспокоил… Это намёк, чтобы я не беспокоила?

Колдун поднялся, пошёл по лестнице наверх, потом я услышала, как негромко стукнула дверь его комнаты.

Я тут же сорвалась с места, взбежала по лестнице следом, влетела в свою комнату и забралась на стул, заглядывая в отверстие воздуховода. Если увижу, что господин Элейв опять… снова сам себя… Тогда я пролезу к нему в спальню даже если он запрётся. Через замочную скважину просочусь!

Но в комнате колдуна было тихо. И его самого я не видела.

Наверное, он сел на кровать.

Я ждала, ждала, ждала! Изнывала, прижимаясь щекой к холодной каменной стене, заглядывая то одним глазом, то другим, но ничего не изменилось.

Тихо. Ужасно тихо. Обидно тихо.

Я спустилась, когда у меня от неудобной позы заболели мышцы, а из комнаты колдуна по-прежнему не долетело ни звука.

* * *

До обеда я провела несколько скверных часов, не зная, что будет дальше. Но в полдень колдун вышел из комнаты. Как обычно я накрыла на стол, как обычно все расселись по своим местам — и Килби снова начал ворчать, что я жгу слишком много дров, а зима ещё толком даже не началась. Господин Элей снова одёрнул его. Я поставила на стол котелок, налила в чашки вкусный наваристый суп и вложила в руку колдуну ложку.

Вроде бы как обычно, но… но я чувствовала, что всё не как обычно. Надо поговорить. Надо обязательно поговорить. Сказать… хоть что-то сказать. Как только Килби уйдёт, я сразу скажу господину Элейву… Ещё не знаю, что скажу, но обязательно найду нужные слова.

Пока я мыла посуду и насухо вытирала серебряные тарелки, ложки и вилки, хозяин со слугой о чём-то шептались.

Я ждала, что Килби уйдёт к себе подремать, но вместо этого слуга вдруг затеял чинить свои сапоги, пристроившись в уголочке с шилом и дратвой.

На мой взгляд, сапоги были в полном порядке, и старик больше зевал, чем колол шилом, но поговорить с хозяином мне не удалось. Во время прогулки Килби вдруг тоже решил прогуляться и тащился за нами, как привязанный.