Книга Помещица, страница 26 – Инна Дворцова

Сквозь сон я почувствовала, как чьи-то заботливые руки укрывают нас чем-то лёгким и удивительно тёплым. Варя принесла одеяло из лунного льна — драгоценной ткани, которая мягко отсекала любые остаточные эманации слабой магии и успокаивала уставшие ауры. Под ним стало так уютно, что остатки тревоги окончательно растворились.

А высоко над нами, на самом коньке деревянной крыши усадьбы, сидели Тихон и Лукерья. Они свесили короткие ножки в лапоточках и молча смотрели вдаль.

Там, в темноте приграничной ночи, переливаясь мягким, чистым светом, горели три серебряных дерева. Впервые за долгое время над землями рода Стрешнёвых зажёгся щит истинного Сада.

Утро после битвы с Ломником выдалось тихим. Я проснулась на полу в гостиной, бережно укрытая покрывалом из невесомого лунного льна, который приятно холодил кожу, снимая ноющую боль в магических каналах. Я точно знала, что изделий из лунного льна в моём хозяйстве не было. Тогда откуда покрывало? Неужели привёз Михаил?

Спросить его я не могла, его уже не было. Губернатор уехал на рассвете, оставив записку с обещанием вернуться к вечеру.

Осознание того, насколько близко мы подошли к краю гибели минувшей ночью, гнало меня в библиотеку Стрешнёвых. Теперь я понимала, что действовать вслепую больше нельзя. Мне нужны были знания и как можно быстрее.

Правы были Тихон и Михаил, которые твердили, что я должна заниматься в любую свободную минуту. Я их не слушала, так уставала, что выбор был не в пользу обучения. Сделанного не воротишь, зато сейчас я должна изучать книги из родовой библиотеки с утроенным рвением.

Семейные гримуары Стрешнёвых хранились на дубовых полках тайной библиотеки. Это были не просто книги, а огромные фолианты, источающие едва уловимый аромат сухих трав, старой кожи и дремлющей магии. Какие-то из них были даже без обложек, какие-то в кожаных переплётах, а какие-то окованные медью и серебром.

Для наследников моего рода они всегда были ценнейшим ресурсом, средоточием родовых тайн, которые передавались из поколения в поколение.

Я зажгла магический светильник и стянула с полки самый тяжёлый том, на обложке которого было вытеснено серебряное древо.

Почти сразу я нашла то, что искала: подробные инструкции по созданию Первого Сада. Страницы пестрели сложными чертежами, геометрическими расчётами и предупреждающими рунами. По мере чтения волосы у меня на затылке начали шевелиться.

Я наивно полагала, что три посаженных семени — это уже победа. Но бабушкины записи гласили: чтобы щит работал в полную силу и закрыл границу от тварей Разлома, нужно посадить все девять семян. Выстроить идеальное кольцо.

И самое страшное, что с каждым новым ростком Изнанка будет сопротивляться всё яростнее. Земля у Разлома мертва, и пробить её магией Жизни будет стоить колоссальных усилий. Моих усилий и, возможно, даже жизни, если маг не подготовлен.

Но главное открытие ждало меня в конце главы: «Девятое семя замыкает круг, — писала моя бабушка чётким, убористым почерком. — Оно не взойдёт лишь от одной Земли. Чтобы выковать замок на вратах Изнанки, Жизни потребуется Стихия. Огонь, который не сжигает, а закаляет. Двое должны влить силу одновременно, став единым целым».

Я откинулась на спинку стула, прижав пальцы к губам. Вчерашний спонтанный резонанс с огнём Михаила… Это была не просто удача. Это семена Первого Сада нам показывали, что нам предстоит сделать в конце.