Книга Скандальная любовь лорда, страница 74 – Вера Ширай

— Я могу прямо сейчас послать за кем-то из вашего дома? — спросил он.

Эви думала, что он полностью сосредоточен на осколках, и не замечала, что за каждой её реакцией внимательно следят.

Герцог ещё в коридоре театра понял, что она не попросила помощника режиссёра позвать её агента, которого он видел в зале, и не сказала послать за Софией. Значит, не всё так гладко.

Герцог специально задал этот вопрос, чтобы успокоить девушку, показать свою заботу. При этом он рисковал, потому что до утра точно ни за кем посылать не собирался.

Эвелин задумалась на мгновение, потом опустила глаза.

— Наверное, когда мы закончим, вы сможете одолжить мне экипаж, и я доеду сама, не стоит их беспокоить. — Она смотрела на него доверчивыми глазами, которые от боли блестели влажными слезами.

Александру самому не нравился ход его мыслей.

Но Эви, отказавшись от помощи, явно предпочитала остаться здесь, в его доме, в спальне, пусть и гостевой, а не тут же ухватиться за шанс и сбежать к друзьям. И от осознания этой истины тепло наполняло не только его душу.

Александр не смог проигнорировать такую возможность и даже обратился к девушке по имени.

Он не раз слышал, как пронырливый агент, как ни в чём не бывало, сокращал её имя и в крайне фривольной манере обращался к ней. Потом и София была допущена в круг близких людей: она всегда обращалась к Эви по имени.

Его же раз за разом девушка продолжала поправлять. И не давала ему шанса, лишая даже возможности назвать её Эвелин. Она оставляла ему лишь полную форму, доступную для любого разносчика газет или продавца, — мисс Харлоу.

Александр сжал её ступню и внимательно осмотрел ссадины. При таких порезах швы не нужны, как и осмотр доктора. Проведя пальцем по ране ещё раз и лишний раз убедившись, что осколков там нет, он надавил на это место, причиняя ей боль.

— Прости, я не хотел. Но видимо… — он посмотрел на неё таким серьёзным взглядом, что Эви тут же испугалась: что-то не так.

— Тебе всё ещё лучше лежать и как можно меньше беспокоить ноги.

Внимательно посмотрев ей в глаза, он, проговаривая каждое слово, сказал:

— Эви, я достал все стекляшки, но рана глубокая.

Он смотрел на неё, ждал её реакции, ему казалось, что он не дышит.

— Всё так плохо?

— Нет, но сейчас я попробую сделать повязку и остановить кровь.

Эвелин не ответила, она грустно опустила глаза и задумалась о своём.

— Эви, мы подождём до утра, и если что-то будет не так, я вызову лекаря. Тебе не стоит волноваться.

Последняя фраза прозвучала так уверенно, что Эвелин не стала задавать вопросов.

У герцога Ашмора и правда были принципы. И главный из них заключался в том, что он не даёт людям второго шанса. И все люди, так или иначе приближённые к нему, знали это не понаслышке. И всегда держали язык за зубами.

Девушка подтянула ногу поближе к себе и, сморщив носик от боли, ощупала рану.

— Думаю, это не критично, — сказала она.

Он посмотрел в её глаза и вместо привычного презрения увидел благодарность. Герцог, повернувшись спиной, сделал вид, что промывает салфетку, но на самом деле лишь хотел скрыть от неё свою улыбку.

— Эви, — он снова повторил её имя, закрепляя результат, — я выйду, переоденьтесь.

Девушка вздрогнула и нервно посмотрела на платье. Он видел по её взгляду, что она сейчас, так же как и он, продумывает каждое своё решение. И если он действовал на сближение, то что-то подсказывало ему, что Эвелин думает о том, как лучше выйти из этой ситуации.