Книга Скандальная любовь лорда, страница 83 – Вера Ширай

Натан, с лицом мрачнее тучи, едва актриса поравнялась с ним, бесцеремонно схватил её за руку и резко развернул лицом к себе:

— Где ты была?

Девушка с первого взгляда поняла, что долгого разговора не избежать, и надеялась перенести разбирательство за закрытую дверь своей комнаты. Она не собиралась ничего скрывать, но некоторые подробности всё же хотела бы утаить от посторонних глаз.

— Твой… Гримм? Ты…

Мужчина схватил её за руку так резко, что Эвелин, не привыкшая к такому обращению, недовольно зашипела:

— Отпусти.

Александр, которого возмутило такое поведение агента, уже не раз задавался вопросом о странности отношений этих двоих, потянулся к дверце экипажа. Стоило ему лишь приоткрыть её, как Эви тут же бросила на него злой взгляд.

Герцог ещё секунду назад видел, как тонкий пальчик Эвелин взлетел в воздух, как она сопротивлялась. От него не укрылось и то, что лицо агента было искажено недовольством и злобой.

Александр уже готов был вмешаться и указать наглому агенту на его место. Но стоило ему только ступить на каменную кладку дорожки, как эти двое неосознанно придвинулись друг к другу и, казалось, были настроены против него.

Но потом вспомнив о приличиях, Натан резко отпустил руку девушки, отступил на шаг и улыбнулся герцогу вежливой улыбкой.

— Интересно, — едва слышно усмехнулся Александр.

Остановился рядом, перевёл взгляд на агента и поздоровался с ним, слегка склонив голову.

— Мистер Торп.

— Мисс Харлоу. Благодарю за вечер.

И чуть мягче, с лукавой улыбкой добавил:

— Рад, что смог быть полезен. Полагаю, мы ещё свяжемся.

Он смотрел только на Эвелин:

— В Лондоне действительно немало других агентов, способных оценить талант. Обдумайте мои слова …

— Дорогая мисс Харлоу, я не намерена покрывать подобное поведение в своём доме!

— Эвелин, нам нужно поговорить! — Натан не отставал от своей дальней родственницы.

Девушка быстро вошла в дом, прекрасно понимая, что все присутствующие последуют за ней.

Не удостоив никого ответом, она тут же направилась на второй этаж и быстро вошла в свою комнату. Актриса хотела закрыться в своей комнате, но Натан придержал дверь, а затем и вовсе вошёл следом, даже не подумав запереть замок.

Эвелин совершенно не была готова в эту минуту ни к упрёкам леди Торпенгейм, ни к любопытным взглядам вежливых слуг, выглядывающих из коридора, ни к тихим и робким извинениям Софии, ни к просьбам Эдит о личном разговоре, ни к строгим речам агента Натана Торпа, обеспокоенного не столько репутацией, а ненужным вниманием столь влиятельного господина.

И все эти люди уже оказались в её комнате.

Эвелин, едва присев на кровать, тут же, не стесняясь, приподняла юбку. Вместо атласных туфель или театральной обуви на актрисе красовались странного вида старые сапоги: мягкая, но дорогая кожа была изношена, а вместо классической шнуровки вокруг щиколоток были намотаны шнурки.

Когда девушке, с огромным трудом, наконец удалось стянуть сапоги, она тут же сняла часть бинтов и спрятала ноги под покрывалом.

— Леди Торпенгейм, простите, но я вынуждена попросить вас уйти. Видите ли, стекло, подсыпанное мне в туфли, причинило немалый вред…

— Ох, бедная девочка! И это всё, что с вами случилось?

— Да. Благодарю за заботу, но, думаю, столь изысканная дама высшего общества не готова увидеть столь привычные для актрис травмы.