Книга Сотая казнь, страница 101 – Тимур Суворкин

Вскоре Мэрган уже спустилась к большому озеру на берегу которого и плясало пламя, отражаясь на льду и черном камне огромной плиты с высеченной на ней семилучевой звездой Мараха. Чернели сидящие вокруг него фигуры – пять десятков не меньше, были здесь и мужчины и женщины, старые и молодые, в богатой и бедной одежде.

Ее прибытие было встречено радостными криками. Не знающую что делать Мэрган быстро схватили цепкие руки подтаскивая и усаживая к ближайшему костру.

— Ну как полет подруга? – внезапно окликнула ее одна из ведьм, деловито отчищающая прутья метлы от ледяной корки.

— Да в общем хорошо…

— А я думала что-то случилось… А то лечу, и вижу как подо мной через поле ведьма с метлой на плече плетется.

Мэрган судорожно сглотнула. Она не ожидала, что ее разоблачат так быстро.

— Да брось над человеком издеваться, ну новенькая, ну на посвящение идет, решила пыли в глаза пустить, – сидящая рядом рыжая ведьма, еще впрочем не утратившая молодости, глядя на палача улыбнулась – мол все мы через это прошли.

Мэрган лишь заставила себя кивнуть и стала осматриваться кругом. Пока ничего страшного не наблюдалось. Простые посиделки в деревне и то поинтересней бы были, там хоть в глаз кто дать может.

Ведьмы же просто болтали обмениваясь сплетнями и какими то рецептами, спорили как лучше использовать белену, да дурман-траву.

— Ты не тушуйся. А сейчас подождать надо, пока опоздавшие подтянуться, – рыжая ведьма похоже была готова болтать без умолку, – Ты к нам просто податься решила, что б зло делать, али цель есть какая? Магии может поучиться хочешь?

— Я это… В деревне у себя соперницу хочу извести. Который год милого поделить не можем, – мгновенно нашлась Мэрган.

— Извести соперницу? Правильно, что к нам решила обратиться, а то тут напортачить можно только так, – ведьма раскрыла свою торбу доставая пучки пожухлой травы, которые под умелыми пальцами вмиг превратились в человеческую фигурку. Зазвучал размеренный наговор. После этого кукла оделась в лоскутки ткани и получила глаза и рот из кусочков смолы. Когда все было готово ведьма приняла у Мэрган мешочек с волосом, вплетя его в траву головы.

— Все держи куклу, подруга. Только на иголках не останавливайся. Медом намажь, да муравьям дай, или едкую воду купи у алхимиков, известью обмажь, что б у девки той все лицо до костей съело, а под конец в огонь брось, только сама далеко от соперницы не уходи, а то такую потеху пропустишь, – ведьма задумчиво улыбнулась, явно вспоминая что-то из личного опыта. Внезапно она вновь обрела серьезность и кинула взгляд на небо.

— Все тихо, сейчас начнется.

— Что начнется? – спросила было Мэрган, но на нее громко зашикали. Близилась полночь. Берег озера начал погружаться в тишину. Лишь изредка ее тревожил хруст снега и ветвей, и новоприбывшие быстро-быстро пробирались к кострам, безмолвно растворяясь среди ведьм.

А затем когда тишина достигла такой глубины, что казалось стало слышно как над костром истаивают редкие снежинки, тьма в глубине леса дрогнула, неспешно отступая перед мертвенно голубым пламенем тонкой свечи. Свечи горевшей меж двух рогов медленно идущего к ним существа.

Казалось вся выпитая за эти дни вода выступила на лбу у палача. Ей чудилось, что тяжелый взгляд приближающегося демона вот-вот остановится на ней, вмиг изобличив глупый маскарад. И лишь когда рогатый подошел к костру она с облегчением поняла, что перед ней всего лишь замотанный в шкуры и украшенный козлиным черепом человек. А вернее колдун ибо никто другой столь непотребной одежды носить просто не мог.