Книга Тихие люди, страница 28 – Пол Клив

Немедленно просыпается головная боль. Она пряталась где-то за глазами, тупая теплая боль, и она набрасывается на меня с быстротой молнии.

— Неправда. Я лишь придержал мальчика, взяв за локоть. Видите ли, за несколько минут до этого я видел, как он разговаривал с Заком, и хотел показать ему свой телефон. Точнее, фотографию Зака. Но прибежал его отец, и все пошло наперекосяк.

Лиза сидит неподвижно, с подтянутыми к подбородку коленями. У меня тем временем возникает мощное ощущение отделения души от тела: астральное путешествие, когда я плавно скольжу по воздуху, наблюдая за происходящим словно со стороны. Мою дрейфующую душу бесцеремонно ловит и обездвиживает Род Серлинг^[2]. Познакомьтесь с Кэмероном и Лизой Мердок – супругами, которые пишут детективные романы, чьи сюжеты отращивают себе руки-ноги и оживают… в «Сумеречной зоне»!

— Мы не можем не отреагировать на подобное обвинение.

Своды черепа стискивают мозг, отчего стены гостиной начинают качаться и вспучиваться, а мебель сжимается и дрожит. Может, это эмболия^[3], или шок, или совместная атака каких-то запущенных болячек. Я не без труда встаю на ноги. Движение – это действие. Подхожу к окну, стараясь не обращать внимания на звон в ушах.

— Мистер Мердок?

— Нет, – говорю я.

— То есть?

— Нет, я не трогал того мальчика… Без неподобающих мыслей в любом случае. Не так, как они это представили… Но даже если тот мужчина посчитал, что я облапал его сына и решил со мной поквитаться, откуда ему было знать, что Зак захочет сбежать из дома? Мы до сих пор не уверены, сам он сбежал или ему кто-то помог… Отпечаток ботинка на клумбе, он совпал с подошвой какого-то моего ботинка?

— Нет, – качает головой инспектор Кент.

Не такой ответ мне хотелось услышать. Я надеялся, что наследил сам и попросту забыл об этом.

— А собака? Она что-то нашла?

— Пока ничего.

Я знаю, как хороши бывают ищейки, мы уже прибегали к их помощи на страницах своих книг. У этих собак обоняние в тысячу раз лучше человеческого. Они так хороши, что в некоторых странах их способность находить – или не находить – улики может быть представлена в суде в качестве доказательства вины или невиновности. Всю последнюю неделю Зак ходил только в Хейдон-парк. Должны сохраниться две цепочки следов: одна – от нашей входной двери до детской площадки, и вторая – проясняющая, куда Зак направился вчера вечером. Направление значения не имеет. У хорошей ищейки поиск не должен отнять слишком много времени. Единственная причина, по которой та может не справиться с задачей, – это если след Зака где-то обрывается. Что означало бы: наш сын сел (или его усадили) в машину.

Бушевавшая в гостиной буря усилилась. Головная боль уже не теплая, а обжигающе-горячая, молнии в моей голове бьют все чаще. Стены все еще выпуклы, а у мебели плавные формы, как у тающего желе.

Я направляюсь на кухню, держась за стены, за мебель и даже за подвернувшегося на пути полицейского, лишь бы не потерять равновесие. Достаю обезболивающие таблетки с верхней полки кладовой и, проглотив парочку, запиваю водой. Стою, уперев обе руки в столешницу: пол опасно раскачивается под моими ступнями.

Я гляжу на Лизу – собственная свирепая буря сковала ее лютым холодом, приморозила к дивану. Жена смотрит на меня, и в ее взгляде я вижу все, что мне необходимо знать. Наш брак, вероятно, не переживет эту историю, даже если мы вернем Зака.