Книга Жена незнакомца, страница 17 – Анна-Лу Уэзерли

— Коди… – шепчет она, целуя сына. Тело откликается, готовое кормить ребенка. Кэт уже давно решила, как назовет его, но Солу не рассказывала: он не хотел еще одного мальчика.

— В этом мире и без того хватает членов, – бросил он как-то раз.

Поэтому она солгала: сказала, что не знает пол ребенка, хотя ей сообщили на УЗИ еще в шестнадцать недель. Тогда Кэт была безмерно счастлива – у нее будет сын!

— Прости, Коди, мальчик мой… Прости свою мамочку… Она очень тебя любит… Если бы ты только знал… Прости меня…

Голос хрипит, слова с трудом продираются сквозь горло. Кажется, акушерки плачут. Но больше всего на свете Кэт хочет услышать плач своего сына.

Дэн

Октябрь 2019 года

— Судя по результатам предварительного осмотра и степени разложения, он мертв уже около четырех дней, – говорит Вики Лейтон, мой любимый судмедэксперт, чье общество я странным образом нахожу приятным, несмотря на мрачные обстоятельства наших встреч.

Вики стоит слева от кровати, склонившись над телом, и по своей ужасно раздражающей привычке постукивает пальцем по нижней губе.

— Видите ли, детектив Райли, первая стадия разложения тела называется аутолиз… – Она бросает на меня взгляд, прекрасно зная, что из ее лекции я не пойму ни слова. – Или, выражаясь проще, самопереваривание.

Я морщусь.

— И начинается этот процесс сразу после смерти, потому что тело не способно удерживать кислород и выводить токсины. Углекислому газу некуда деваться… – продолжает она, явно забавляясь моей реакцией, – поэтому он накапливается внутри, разрушая клеточные мембраны и высвобождая ферменты, которые начинают разъедать ткани.

Я кривлюсь и прикрываю рот и нос рукой в тщетной попытке не вдохнуть этот ужасный запах.

— То есть покойник, по сути, начал переваривать сам себя? – с отвращением спрашиваю я, мысленно благодаря судьбу за то, что утром, когда поступил вызов, не успел позавтракать.

— Поразительно, правда? – задумчиво произносит Вики, глядя сквозь очки на раздувшийся труп. – Человеческое тело умеет заботиться о себе даже после смерти.

— Нашему приятелю, конечно, от этого намного легче, – говорю я, чувствуя, как к горлу подкатывает рвота.

Вики бросает на меня насмешливый взгляд.

— Это рефлексы, детектив. Непроизвольная реакция. – Она улыбается так ослепительно, что я невольно думаю, не отбеливала ли наш судмедэксперт недавно зубы.

За все годы знакомства я ни разу не видел мисс Лейтон без ее белого халата, и где-то глубоко внутри мне ужасно любопытно, как она выглядит в обычной жизни. Может, я на нее запал? Или это просто профессиональный интерес: какой она становится, когда смывает с себя весь этот флер смерти?

— Рвотный рефлекс у вас из-за газов. Ферменты выделяют их в большом количестве. Бактерии содержат серу – отсюда и запах, который вы чувствуете. Поэтому бедняга почти вдвое увеличился в размерах, а изо рта и носа у него течет пена.

Похоже, Вики нарочно смакует подробности. Я неохотно, с осторожностью приближаюсь к кровати.

— Знаете, Дэн, вам пора бы разбираться в таких вещах. Не первый день работаете в убойном отделе… А насчет брезгливости – интересно, что будет, когда у вас родится ребенок? Уже скоро, да?

Вопрос застает меня врасплох. Вики Лейтон никогда прежде не говорила о личном.

— Нет… еще шесть недель; может, чуть больше, – бормочу я, закрывая рот ладонью. – Фионе кажется, она будет перехаживать.