Книга Пустая ловушка, страница 18 – Джон Данн Макдональд

В нашей конторе, конечно, были девицы. Но Си-пи-пи смотрит на служебные романы, по-отечески нахмурив брови.

Уоррен — сообщество с плотно сомкнутыми рядами. Я был частью нового, послевоенного притока населения, человеком, которого сюда на время забросила профессиональная деятельность. Старая часть города, чопорно одергивая свои юбки, судачила про ужасные привычки «нового элемента» и потихоньку поднимала свой уровень жизни деньгами, которые мы привносили. Так что я вгонял себя в апатию авралами на заводе, горами работы, которую приносил из конторы домой, книгами из библиотеки, которые никогда прежде не удосуживался прочесть. Когда непоседливость вонзала в меня свои маленькие клыки, бродил по субботним барам. Тоскливое, скажу вам, это занятие — созерцать в дешевых заведениях маленьких шлюх в обтягивающих попки юбочках или лакированных примоднившихся хищных птиц в залах, где берут по доллару за коктейль. Музыка из игральных автоматов бьет вам по мозгам, а ваша похоть становится болезнью, приглушаемой лишь предсказуемостью позора.

За годы моих скитаний я пришел к выводу, что чем больше усложняется цивилизация, тем мощнее становится эффект одиночества. И понял, почему Си-пи-пи, «Дженерал электрик», «Дюпон», «Алкоа», «Форд», «Дженерал моторс», «Кодак» и все остальные хотели, чтобы мы благополучно женились. И все-таки многие из нас, с умами, отточенными в Шеффилде, Тауне, Стэнфорде, Гарвардской школе бизнеса и Массачусетском технологическом институте, остаются холостыми. Днем мы делаем так, чтобы все работало, двигалось и росло, а вечерами прохаживаемся по залитым неоном тротуарам, где по бедрам и лодыжкам шуршит нейлон и помада выглядит черной, когда свет над головой красный.

Несколько раз я доходил до той точки, когда акт вступления в брак становится целью, не привязанной к какой-то конкретной женщине. Казалось, только женитьба, пусть на безликом существе, успокоит зуд в крови теплом и близостью.

Поэтому-то я был благодарен Додду за то, что он ввел меня в общество, которое прежде меня не признавало. Мэри Олан открыла дверь, и город переменился. Сьюэлл, через Додда, при поддержке Олан, стал приемлем. Они увидели, к своему явному удивлению, что я безошибочно выбираю нужную вилку, что мои плечи не подбиты, что я умею завязывать галстук-бабочку и в состоянии поддерживать разговор, который абсолютно не касается геликоидальных зубчатых колес, точилок для резцов и промышленных абразивов. Вскоре я узнал, что старинные семейства Уоррена считают карьеру Додда в Си-пи-пи вызывающей и эксцентричной. Ведь для него были открыты юриспруденция, медицина и банковское дело, а он стал технарем. Работает на одном из этих новых заводов за рекой, занимается бог знает чем. Это просто удивительно, что он смог устроить свою отправку обратно домой. Вы ведь знаете, их рассылают во все концы, словно скот. А эта женушка, которую он где-то себе нашел, и впрямь, кажется, довольно милая, хотя вроде было ясно как божий день, что он должен был жениться на Мэри Олан... Как бы меня ни забавляло и ни раздражало отношение Старого Уоррена, я испытывал полудетский восторг оттого, что меня узнали и приняли.

Во время моего второго свидания с Мэри Олан Нэнси Рэймонд, отбросив табу, излила мне свою истерзанную душу. Какая-то женщина позвонила мне в контору и пригласила на вечеринку, которую она устраивала в клубе «Лоукаст Ридж». Я связался с Доддом, и он пояснил, что это сделано с его подачи. Мне предстоит захватить Мэри, чтобы мы могли поехать туда вчетвером. Позвонив Мэри, я обнаружил, что она получила такое же приглашение.