Книга Пустая ловушка, страница 89 – Джон Данн Макдональд

В синей сумеречной мгле, в последних отблесках вечернего солнца, почти скрывшегося за горами, он полз к ручью. Он пил, пока живот не надулся как барабан. Изрыгнув подступившую к горлу воду, он долго выжидал, а потом снова пил — на этот раз сдержанно, с расчетом. Сочтя, что напился впрок, он отполз в заросли, в которых надеялся укрыться от утреннего солнца.

Утро было в разгаре, когда он снова выполз, чтобы напиться. Он ожидал прилива сил, но вместо этого почувствовал еще большую слабость. Перекатившись на спину, он рукою прикрыл глаза от солнца и глянул вверх, на скалистый склон. Там, на головокружительной высоте, он выискивал глазами свой уступ, но так и не обнаружил его.

«Вот оттуда я спустился, — подумал он. — Спустился живой. А ведь проделать такое смог бы не каждый, даже здоровый, непокалеченный человек! А я смог!.. Теперь нужно посмотреть, чем я располагаю. У меня есть две важные вещи — вода и тень. Что мне нужно? Мне нужны медицинская помощь и еда. А еще нужно вспомнить, какое сегодня число. Они нашли нас девятого мая. С обрыва сбросили на рассвете десятого. Вчера было одиннадцатое, стало быть, сегодня — двенадцатое. Итак, сегодня у нас воскресенье... Воскресное майское утро...»

Он попытался определить свое местонахождение по отношению к разбитой машине — закрыл глаза и попробовал вспомнить, где видел ее, когда смотрел с дерева. По крайней мере, она хоть не сгорела! Хорошо бы оказаться все же недалеко от нее и в то же время не слишком далеко от воды. В конце концов кто-нибудь сверху может заметить машину и спуститься вниз. В этом — его единственный, хрупкий шанс.

Машина скорее всего лежит где-то здесь, чуть дальше по ручью. Быть может, ярдах в двухстах, быть может, больше. Во всяком случае, стоит попытаться. Тем более что другого выхода у него все равно нет.

Ллойд долго размышлял, и вдруг сердце его бешено забилось. Машина не сгорела, а у Сильвии в бардачке всегда хранились всякие съестные мелочи — печенье, сухарики, карамельки. Поистине волчий аппетит никогда не портил ее стройной фигуры. В общем, в машине обязательно что-нибудь найдется и позволит ему протянуть хотя бы еще один день. Или даже два. И Ллойд пополз — сейчас для него это был единственный способ передвижения. Даже если бы ему удалось найти палку и распрямиться во весь рост, он все равно не смог бы идти — покалечены левая рука и нога.

Время от времени он вытягивался, разглядывая, что там впереди. Когда позволял берег, он скатывался в воду и подолгу отмокал там. Вода словно огнем обжигала раны на теле, особенно содранные до крови локти и колени.

На другом берегу он обнаружил куст с какими-то темными ягодами, сорвал несколько штук и растерялся, не зная, как их съесть. Челюсть была свернута. Он размял ягоды пальцами и закинул подальше в глотку, для верности подтолкнув языком. Ягоды оказались до жути горькими, кашляя, он выплюнул их. Как же тогда быть с печеньем или сухарями? Может, размочить их в воде, используя в качестве посуды, скажем, диск от колеса? Получится жидкая бурда вроде супа.

Солнце палило нещадно, но Ллойд упорно двигался вперед и остановился, только когда услышал какой-то странный звук — то ли хлопанье, то ли карканье. Он пополз на звук и спугнул отвратительного вида черную птицу. Издавая каркающие звуки и хлопая огромными крыльями, пернатое чудовище чуть-чуть взлетело над землей, но тут же опустилось неподалеку. Вслед за этой птицей поднялась с земли и тут же опустилась другая. Ллойд прополз еще немного вперед и, раздвинув кусты, увидел на открытом пространстве целую стаю мерзких тварей. Хлопая крыльями, они суетились и ссорились, разрывая что-то когтями в предвкушении жуткого пиршества. Ветром до Ллойда донесло кисловато-сладкий запах того, что было предметом их борьбы, и он невольно зажмурился. Снова открыв глаза, он разглядел под шевелящейся черной массой грязные желто-фисташковые лоскутья. Забыв про сломанную челюсть, Ллойд шикнул на них, потом, набрав пригоршню мелких камней, превозмогая боль, пополз в их сторону. Неторопливо и важно, словно степенные судьи в черных мантиях, они отступили, рассевшись на ветвях низеньких чахлых деревьев, и принялись наблюдать за ним. На останки Сильвии Ллойд смотреть не мог — это было выше его сил. А мерзкие твари, похоже, уже учуяли и в нем близкую жертву и придвинулись ближе.