Книга Дневник мертвых бывших, страница 55 – Эмма Шиммерман

— Он вышел сюда? – спрашивает он.

— Ага, он там внизу. – Я указываю на стену, к которой прислонился Брайс, курящий электронную сигарету и просматривающий свой телефон.

— Что за идиот, – говорит Эшер. – Спустился в темный переулок посреди ночи. Это типа идеальное место для убийства.

— Ты проводишь слишком много «исследований», – рявкаю я на него.

Брайс кивает головой кому-то, кто приближается к нему с другого конца переулка.

— Вот дерьмо, – шепчу я. – Здесь кто-то есть.

Мы оба сидим на корточках на площадке, ожидая, когда этот человек покажется в поле зрения. Я узнаю цокот туфель на каблуках, прежде чем вижу короткие, определенно выгоревшие светлые волосы. Это Марисса Уайлдер.

— Какого черта? – говорю я.

Эшер шикает на меня.

— Думаешь, она изменяет Уэсу? – Я не могу отрицать возбуждения в своем голосе, когда говорю это.

Эшер шикает на меня второй раз.

Эти двое стоят одни, разговаривая слишком тихо, чтобы мы могли услышать, и так близко друг к другу, что я начинаю думать, что именно это сейчас и происходит. Если Марисса встречается с Брайсом за спиной у Уэса, для меня одним препятствием меньше. Она начинает разыскивать что-то в своей сумочке, прежде чем достать сложенный листок белой бумаги и вручить его Брайсу. Я хватаю Эшера за руку.

— Ты это видишь? – шепчу я. – Эта сложенная бумажка – именно так выглядела страница из моего дневника на машине Марко!

Марисса Уайлдер. Марисса гребаная Уайлдер.

Возможно, она действительно разузнала про нас с Уэсом и желает мести.

— Мы не знаем, действительно ли это она, – говорит он в ответ.

Но я уже спускаюсь вниз по пожарной лестнице, заряженная адреналином. Эшер пытается схватить меня, но я вне его досягаемости.

Они не замечают меня до тех пор, пока я практически не оказываюсь перед ними. Марисса выхватывает обратно бумажку у Брайса, когда видит меня.

— Что это вы здесь делаете? – спрашиваю я.

Брайс выдувает облачко дыма в моем направлении.

— А тебе какое дело?

В это же время Марисса говорит:

— Мы просто разговаривали. – Тон у нее несколько оборонительный.

— О, в самом деле? Об этом?

Я выхватываю бумажку у Мариссы, прежде чем она успевает отреагировать, и начинаю ее разворачивать, целиком и полностью ожидая увидеть внутри свой почерк. Но это не моя записка; это список чего-то похожего на ответы на тест по математике.

— Какого черта? – говорю я себе под нос.

Марисса выхватывает ее обратно в то же самое время, как Брайс говорит:

— Какого хрена, Слоан?

Я осознаю, что совершила огромную ошибку, и я благодарна, что сейчас слишком темно, чтобы они видели, какое красное у меня, должно быть, лицо.

— Извините, я думала, это кое-что другое. Извините, – еще раз говорю я, отступая назад.

Марисса стоит, скрестив руки.

— Уж лучше никому не рассказывай, Слоан. Если у меня будут неприятности из-за того, что я выдала ответы на тест, я узнаю, что это твоих рук дело.

Прежде всего: кто, мать твою, передает ответы на тест позади бара посреди ночи?

— Я никому не расскажу, – обещаю я.

— Хорошо, – говорит она с ухмылкой, – потому что не думаю, что Уэсли был бы сильно доволен тобой, если бы меня исключили.

Я открываю рот, чтобы заговорить, но Марисса разворачивается и уходит, а Брайс следует за ней. Я иду обратно к Эшеру, который теперь ждет у подножия пожарной лестницы, со скучающим видом просматривая свой телефон.