Книга Босс напрокат для строптивой пышки, страница 7 – Лея Фрост

— Да, мам.

— Варечка, ты получила моё голосовое? — мамин голос звучал бодро и требовательно. — Я записала тебя к Андрею на завтра. Это тот самый тренер, помнишь? Очень хороший специалист.

— Мам, я не пойду.

— Почему?!

— Потому что я не хочу, чтобы меня называли «проблемным случаем».

В трубке повисла пауза. Потом мама вздохнула:

— Никто тебя так не называет. Просто... я за тебя переживаю. Ты же понимаешь, что мужчины любят глазами?

— Мама...

— Я не хочу сказать, что ты некрасивая. Ты очень красивая, Варь. У тебя прекрасное лицо, чудесные волосы. Но фигура... Ты ведь и сама знаешь. А годы идут. Потом будет сложнее.

Я закрыла глаза и медленно сосчитала до десяти. Потом до двадцати. Не помогло.

— Мам, я на работе. Давай потом?

— Лизина свадьба через две недели! Ты хоть кого-то с собой приведёшь? Чтобы я не краснела перед родственниками?

— Я постараюсь, — выдавила я. — Всё, пока.

Я бросила трубку и уставилась в монитор. «Чтобы я не краснела перед родственниками». Моя мама. Женщина, которая меня родила, вырастила и, наверное, по-своему любит. Но её любовь всегда была с условием. «Я буду тобой гордиться, если ты похудеешь». «Я буду тебя хвалить, если ты найдёшь мужа». «Ты молодец, но могла бы быть лучше».

Я ненавидела это «но».

В 18:05 я всё ещё сидела в офисе. Плевала я на распоряжение босса уйти вовремя. Мне нужно было доделать презентацию для нового клиента, а ещё — спрятаться. От мыслей, от маминых слов, от этого дурацкого чувства, что я недостаточно хороша.

В половине седьмого дверь открылась без стука, и на пороге возник Аверин.

— Снегирёва, вы издеваетесь?

Я подняла глаза. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на меня с таким выражением, будто я лично разрушила все его планы на вечер.

— Я работаю, — сухо сказала я.

— Я же просил вас уйти в шесть.

— А я не ваша собственность, чтобы мной распоряжаться, — огрызнулась я и тут же прикусила язык. Чёрт. Что я несу? Он мой начальник, в конце концов!

Но он, вопреки ожиданиям, не рассердился. Вместо этого он прошёл в комнату и сел на стул напротив моего стола. Тот самый стул, где обычно сидят курьеры и стажёры.

— Что-то случилось? — спросил он. Просто. Без давления. Без начальственных интонаций.

— Ничего.

— Снегирёва. У вас глаза на мокром месте. Я похож на идиота, который этого не заметит?

Я замерла. Неужели так заметно? Я же вроде не плакала. Просто... внутри всё кипело, а наружу, видимо, просачивалось.

— Семейные дела, — буркнула я. — Вас не касается.

— Семейные дела, из-за которых талантливый дизайнер сидит на работе до ночи и портит себе зрение, — задумчиво произнёс он. — Звучит серьёзно.

Я молчала. Он тоже молчал. Пауза затягивалась, но почему-то не была неловкой. Просто два человека сидели в пустом офисе и молчали. И это было... странно уютно.

— Хотите, скажу кое-что? — вдруг произнёс он.

— Нет.

— А я всё равно скажу. — Он подался вперёд, упёрся локтями в колени. — Я не знаю, что вам наговорили. Мама, сестра, бывший парень — неважно. Но вы — один из лучших дизайнеров, которых я видел. И ваша фигура здесь ни при чём. Как и в любом другом деле, которое вы делаете хорошо.

Я замерла. Он что... он только что сказал «ваша фигура»? Вслух?

— Откуда вы знаете про бывшего? — прошептала я.

— Я ничего не знаю. Просто предположил. — Он усмехнулся. — Всегда есть бывший парень, который что-то ляпнул.