Книга Зависимость от чудовища, страница 96 – Стейси Кроу

Она замерла, глядя на меня. В руке она держала пакет с продуктами, волосы растрепались после ветра, щёки раскраснелись от холода. Но выражение её лица менялось прямо на глазах — от улыбки к тревоге, от тревоги к испугу.

— Сия? — она поставила пакет на стол, не сводя с меня глаз. — Что случилось?

Я попыталась улыбнуться. Не получилось. Губы дрожали, и я чувствовала, что если сейчас скажу хоть слово — разревусь.

— Ничего, — выдавила я. — Всё нормально.

Стеф не повелась. Она села напротив, взяла мои руки в свои. Ладони у неё были тёплыми, пахли мандаринами — она всегда покупала мандарины зимой, говорила, что от них становится уютнее.

— Сия, — сказала она твёрдо. — С меня хватит. Хватит тайн, хватит недомолвок, хватит твоих «всё нормально», когда у тебя лицо белее мела, а глаза такие, будто ты только что похоронила кого-то.

Я молчала.

— Я твоя подруга, — продолжала она, сжимая мои пальцы. — Или ты забыла? Я тащила тебе еду, когда у тебя не было стипендии. Я рвала задницу, чтобы найти нам эту квартиру. Я врала родителям, что сама за неё плачу, потому что знала, что ты не примешь помощь просто так. Я не спала ночами, когда ты пропадала неизвестно куда, и делала вид, что верю твоим отговоркам. Но сейчас, — её голос дрогнул, — сейчас, Сия, я вижу, что ты на пределе. И если тебе нужна помощь, ты должна мне рассказать. Всё. Сейчас же. Или я позвоню в полицию, в скорую, куда угодно, но я не оставлю тебя в таком состоянии.

Я смотрела на неё и чувствовала, как стена, которую я строила годами, начинает трещать. Эту стену не пробили ни побои Джона, ни предательство матери, ни даже монстр в маске. А Стеф пробила. Просто сказав: «Я твоя подруга».

Я закрыла глаза. Глубоко вдохнула.

— Ты не поверишь, — прошептала я. — Ни за что не поверишь.

— Попробуй.

И я рассказала. Всё как есть на духу. И даже про ту ситуацию с избиением Брэда.

Стеф побелела, но не перебила.

— А та ночь, когда ты пропала, — тихо спросила Стеф. — Когда я ждала тебя до утра?

— Тогда я была с ним, — кивнула я. — Не в том смысле... Я узнала, что Дешон в реанимации, и он... он просто отвёз меня в больницу. Всю ночь вёл машину. А потом сидел со мной, пока я рыдала.

Стеф смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

— Это ещё не всё, — выдохнула я. — Он пишет мне каждый день. Говорит, что хочет быть со мной. А ещё... он помог Дешону. Лечение, лучшие врачи, всё это. Он просто сделал. Не спрашивая.

Я замолчала, собираясь с силами. Самое сложное было впереди.

— А сегодня я узнала, что моя мать... — голос сорвался. — Стеф, они с Джоном наркоманы. Я видела фотографии. И Дешона избил не кто-то в школе. Это Джон. А мать покрыла его. Соврала мне. Сказала, что нужны деньги на лекарства, а на самом деле...

Я не договорила. Слёзы хлынули с новой силой, и я закрыла лицо руками, чтобы Стеф не видела, как я жалка.

Тишина. Потом я услышала, как открывается холодильник. Как звякает стекло. Как наливается жидкость.

— Пей, — сказала Стеф.

Я убрала руки от лица. Она поставила передо мной полный стакан текилы, себе налила такой же. Молча чокнулась. Молча выпила залпом.

Я повторила за ней. Жидкость обожгла горло, растеклась теплом по груди, немного притупила острую боль. Стеф налила ещё.

Мы выпили вторую. Потом третью.

— Так, — сказала Стеф, поставив стакан на стол. Глаза у неё блестели, но голос был твёрдым. — Сия, слушай меня. Сейчас ты вытрешь слёзы, и мы будем решать проблемы по порядку. Первое - Дешон.