Книга Зависимость от чудовища, страница 98 – Стейси Кроу

Что-то тяжёлое накинулось на меня сзади, накрыло голову, заслонило свет. Мешок. Грубая ткань вдавилась в лицо, перекрывая дыхание. Я дёрнулась, попыталась закричать, но руки — чужие, сильные, незнакомые — скрутили меня, прижали локти к бокам, лишив возможности двигаться.

— Не дёргайся, — хриплый голос, которого я не знала.

Меня подхватили, оторвали от земли. Я билась, пыталась вырваться, но их было двое — я чувствовала руки с обеих сторон. Они тащили меня куда-то, волокли, не обращая внимания на мои беспорядочные удары.

Щёлкнул замок. Багажник.

Меня бросили внутрь, как куклу. Я ударилась головой о что-то твёрдое, перед глазами вспыхнули искры. Крышка захлопнулась — гулко, бесповоротно.

Темнота. Теснота. Запах бензина и пыли.

Я пыталась кричать, но рот был забит тканью мешка. Пыталась стучать, но ноги и руки были скручены, пространства не хватало даже пошевелиться.

Двигатель завёлся. Машина тронулась с места.

Я лежала в багажнике, в полной темноте, и не понимала, что происходит. Где он? Где мой монстр?

Это не он. Это не мог быть он. Он бы не стал... он бы не стал так.

Но тогда кто? Кто увозит меня в неизвестность?

Машина набирала скорость. Я чувствовала, как колёса ударяются о неровности дороги, как багажник трясётся, как стучит моё собственное сердце — слишком громко, слишком быстро.

Я закрыла глаза. В темноте, под тканью мешка, всё равно не было разницы.

Стеф, прости. Я так и не сказала, что люблю её. Что она — единственное светлое пятно в моей жизни. Что без неё я бы не выжила.

Дешон, держись. Я приду за тобой. Обещаю.

А ты... монстр. Если это не ты — помоги. Пожалуйста. Ты единственный, кто может.

Я отрубилась.

Сознание уходило медленно, с какими-то липкими, рваными обрывками: тряска багажника, запах бензина, чьи-то грубые руки, которые тащили меня, как куклу. А потом провал. Чёрная, глубокая яма, в которой не было ни мыслей, ни снов, ни боли. Только пустота.

В себя я приходила долго. Сознание возвращалось кусками, сначала звуки: где-то капала вода, гудела старая проводка, сквозь тонкие стены доносились приглушённые голоса. Потом запахи: сырость, плесень, дешёвый табак, и ещё что-то приторно-сладкое, от чего тошнило. Потом ощущения: холод, твёрдая поверхность под спиной, что-то грубое, стягивающее запястья и лодыжки.

Я открыла глаза.

Потолок. Низкий, грязный, с тёмными разводами на побелке. Люстра, дешёвая, с одной лампочкой, прикрытой мутным плафоном. Стены когда-то были бежевыми, но теперь покрылись пятнами и трещинами. Мебель убогая: тумбочка, продавленный стул, кровать, на которой я лежала, с грязным покрывалом. На окне плотные, тяжёлые шторы, сквозь которые не пробивался даже намёк на свет.

Дешёвый мотель. Или притон. Место, где никто не услышит криков. Где никто не придёт на помощь.

Я попыталась пошевелиться и поняла, что связана. Запястья стянуты грубой верёвкой, лодыжки тоже. Верёвка впивалась в кожу, мешала кровотоку. Я дёрнулась сильнее, бесполезно.

И тут я заметила, что на мне.

Белое платье.

Короткое, хлопковое, с кружевными вставками на груди и рукавах. Оно было новым, я чувствовала запах магазинной ткани. И совершенно чужим. Кто-то переодел меня, пока я была без сознания. Кто-то снял с меня мою одежду, мои джинсы, мой свитер, мои кеды и натянул это.