Книга Лечение измены от полковника, страница 19 – Елена Ткачева

Громов взглянул на часы и, поднявшись, бросил на стол купюру, покрывающую их счёт.

— Завтра праздник в честь дня МВД, и вы должны пойти туда со мной, — произнёс он, застегивая пуговицу рубашки. — Это будет наше первое официальное появление.

Надежда застыла, не в силах пошевелиться. Мысль о том, что ей придётся идти с ним , стоять в зале с бокалом шампанского и улыбаться гостям, казалась невыполнимой задачей. Она представила взгляд Марата, и шепотки за спиной — и это подтвердит догадки о разладе в их семье.

— Я не могу, — глухо ответила она, глядя в пол. — Я просто не справлюсь.

Громов обошел стол и остановился рядом с ней. Его присутствие заполняло всё пространство вокруг; Надежда чувствовала исходящий от него холодный, властный авторитет, который не оставлял места для сомнений. Он положил руку ей на плечо — короткий жест, почти механический, но от этого прикосновения её вздрогнуло всё тело.

— Вы справитесь, потому что у вас нет выбора. Либо вы приходите туда и показываете Макару что у вас новая жизнь , либо окончательно признаете поражение перед ним. А я не думаю, что вы из тех женщин, кто привык прощать.

Он сжал её плечо чуть сильнее, заставляя расправить спину. В его взгляде мелькнула сталь.

— Соберитесь. С этого момента ваше личное горе становится вторичным по отношению к вашей дальнейшей судьбе. Завтра вечером вы будете сиять так, чтобы Марат пожалел о каждой своей измене.

Надежда медленно поднялась, всё ещё ощущая тяжесть его руки на своём плече. Слова Громова, жёсткие и лишенные всякого сочувствия, сработали как ледяной душ, выбивая из неё остатки апатии. Она смотрела на него, пытаясь осознать, где заканчивается его профессиональный долг и начинается что-то иное, но полковник уже отвернулся, направляясь к выходу из кафе.

— Что мне надеть? — спросила она вслед, сама удивляясь тому, как быстро в ней проснулся инстинкт самосохранения.

Громов остановился у двери, обернувшись через плечо. На его лице застыло выражение спокойного превосходства.

— То, в чём вы будете чувствовать себя победительницей, а не жертвой. И не забудьте про каблуки; они добавляют роста и уверенности.

-Все вещи еще в квартире Марка, — произнесла я глухо.

— Тогда сейчас поедим, подниметесь, возьмете вещи, и я вас отвезу на новую квартиру, можете не переживать, Макар сейчас занят на работе.

Она вышла вслед за ним на шумную улицу. Прохладный вечерний воздух ударил в лицо, заставляя окончательно прийти в себя. Громов шел впереди, широкими, размеренными шагами, не оборачиваясь, чтобы проверить, поспевает ли она. Надежда ускорила шаг, стараясь сократить дистанцию между ними.

— Вы действительно считаете, что это поможет? — тихо спросила она, когда они подошли к его машине. — Просто выйти туда с вами и сделать вид, что ничего не случилось?

Громов открыл перед ней дверь, приглашая сесть внутрь.

— Вид — это только часть работы. Главное — это то, что вы будете чувствовать внутри. Если вы решите, что больше не принадлежите Марату то стоит это продемонстрировать.

Захлопнув дверь, он сел за руль и завел мотор. Надежда откинулась на сиденье, глядя в окно на мелькающие огни города. Впервые за долгое время она почувствовала не страх перед завтрашним вечером, а странное, почти забытое предвкушение. Громов не обещал ей облегчения; он обещал ей войну — и теперь ей оставалось только выбрать сторону.