Книга До тебя одна песня, страница 87 – Лорена Шефер, Валентина Фаст

— Я что-нибудь придумаю, – сказала я, не имея ни малейшего представления, что мне делать. – В крайнем случае сниму номер в самой дорогой гостинице Бристоля и пришлю тебе счет.

Я хотела пошутить, но Мило было не до смеха. По его лбу пролегла глубокая морщина.

— Нет, ты оказалась здесь, в эту непогоду по моей вине. Я ни в коем случае не брошу тебя.

— Это правда не проблема, – заверила я.

Мило переключил передачу и коснулся при этом моей руки. Опять это волнение внутри!

И хотя я делала вид, что рассуждаю трезво, в душе у меня совсем другие планы. Я не хотела ни в дорогую гостиницу, ни обратно в Лондон. Я хотела просто остаться с ним.

Я еще никогда не приводил домой, к моей семье, кого-то чужого. Но я не чувствал, что Квинн чужая. Как ни крути, она журналист, и ты собираешься показать ей как раз ту сторону своей жизни, которую берег как зеницу ока. С другой стороны, это я привез ее сюда.

Если бы у меня не было других планов, я хотел бы провести с ней весь день. У меня было такое чувство, что поездка что-то изменила в наших отношениях. Классная была идея превратить интервью в игру «Вопрос – ответ»! Так я смог узнать о ней больше, ничего специально не выспрашивая. Иногда я сам себя не понимаю. Могу стоять на сцене перед тысячами зрителей, но не решаюсь показать ей, что она мне интересна.

«Можно ли ей доверять?» – спрашивал я себя, пока мы ехали дальше в направлении Бристоля. Моя интуиция говорила «да». Сегодня я так много рассказал ей о себе и о своем детстве, и чувствовал, что она ничего из этого не возьмет для интервью. Я уже случайно приоткрыл дверь, которая должна была остаться запертой. Но я не жалел о том, что впустил Квинн. Не ту Квинн из «Селебритан», а обычную Квинн, которая, сидя со мной в машине, рассуждала о лучшем чувстве на свете и которая так по-другому вела себя на вечеринке в Хеллоуин. Пока не догадалась, что под маской был я.

Приняв решение, я свернул на ближайшем повороте.

— Куда мы едем? – удивилась Квинн.

— Сейчас увидишь, – ответил я. Через пару минут показалась верхушка церковной башни.

— «Паклчерч», – прочла Квинн название на указателе.

Я свернул на главную улицу, и мы проехали мимо старинной каменной церкви. Магазины и кафе были ярко освещены, а фонари, как всегда осенью, украшены лентами с оранжевыми флажками. Перед магазинчиком фермерских продуктов «У Луи» лежала огромная гора оранжевых тыкв.

— Если бы я не знала, куда мы едем, я бы подумала, что забрела на площадку для киносъемок, – сказала Квинн. – Это…

— …живописно, как сказала бы Меган.

— Очень уютно.

— Довольно скучно, когда тебе шестнадцать и ты жаждешь новых впечатлений, – возразил я. – Я упирался руками и ногами, когда мы переезжали сюда из Бристоля после маминой свадьбы. Два года спустя я переехал в Лондон, но теперь понимаю, почему родителям здесь так нравится. – Я свернул на боковую улицу и проехал до конца. Ворота на участке, как обычно, стояли нараспашку. Мама пребывала в твердой уверенности, что мир здесь, в Паклчерче, еще не испорчен. Ветер гнул высокие клены и баламутил песок на небольшом подъездном участке дороги. Из трубы красного кирпичного домика с белыми окнами с горбыльками тянулся густой дым.

Дождь лил не прекращая, и, когда я заглушил мотор, меня охватило уютное чувство тепла. Наконец-то я дома!