Книга До тебя одна песня, страница 89 – Лорена Шефер, Валентина Фаст

По дороге в ванную я прошла мимо висевших в рамочке фотографий Мило и его семьи. Весь дом был пропитан теплом и уютом. Паклчерч был образцом идиллического местечка. Я была очень благодарна Мило, что он не высадил меня в Бристоле, но все-таки здесь мне стало вдруг страшно неловко. Семья меня не знала, а ведь он делал все, чтобы уберечь родственников. Они так приветливы, а я вторглась в их жизнь.

Добравшись до нужной комнаты, я закрыла за собой дверь. В ванной царил такой же уют, как и во всем доме. Из одной из корзин под раковиной я вытащила полотенце и принялась вытирать насухо волосы, как вдруг в дверь постучали.

Я открыла дверь и увидела Мило. Он протянул мне свитшот.

— Тебе нужно переодеться в сухое.

— Спасибо, – поблагодарила я. – Мило, я…

— Все хорошо, – прервал он меня. – Я знаю, что ты никому не расскажешь.

Я снова закрыла воображаемую молнию у рта и кивнула.

Он коротко улыбнулся мне и, развернувшись, стал спускаться вниз.

Я снова заперлась, сняла мокрую кофту и натянула выцветшую кофту. Свитшот был с логотипом турне Джеймса Бэя и был мне сильно велик, отчего казался еще более уютным. Он сохранил запах Мило, и я поймала себя на том, что глубоко его вдыхаю.

Я застыла, уставившись на свое всклокоченное отражение в зеркале.

Может быть, это твой шанс лучше узнать его?

Нет, я здесь просто потому, что не ходят поезда, а не потому, что он захотел пригласить меня в гости.

В пути что-то совершенно точно произошло между нами. Это было настоящее сближение.

Я знала, что так не бывает, но мне показалось, что мое отражение улыбается мне, будто ему виднее.

Мне правда стоило окунуться во все это?

Я снова поглубже вздохнула, кивнула самой себе, привела в порядок волосы и вышла обратно в коридор. Дверь напротив ванной была открыта, и я, не удержавшись от любопытства, заглянула туда. Как я поняла, в этой комнате прежде жил Мило. У стены стояли две гитары, над кроватью висели постеры с портретами Джеймса Бэя. Интересно, что бы сказала Джемма? При мысли о подруге я улыбнулась. Она действительно его большая поклонница.

Спускаясь вниз, я рассматривала семейные фотографии. Вот Мило, у которого выпал зуб. Вот маленький он с мамой на катере. Вот Киан и Итан играют в футбол, а вот большая семейная фотография, где запечатлены все четверо. С каждым фото и с каждой новой порцией информации образ Мило складывался в цельный пазл. Это не тот Мило, который выступал на публике, а совсем другой человек. За последние часы я все больше и больше видела его настоящего. Образ высвечивался то тут, то там, и, когда это случалось, возникало такое чувство, будто из-за туч вышло солнце.

На просторной кухне-столовой Марта как раз рисовала глазурью надпись на большом шоколадном пироге, а Киан, Итан и Мило украшали длинный обеденный стол шариками-змейками.

— Прошу прощения, что так некстати навязалась в гости, – еще раз извинилась я перед Мартой. Чужой человек в доме – скорее всего, последнее, что она желала получить в день рождения младшего сына.

— Ты не навязываешься, и ты очень даже кстати! – энергично возразила она. – У нас еды хватит на всю деревню, и в такую погоду я тебя никуда не пущу!

Мама Мило сразу понравилась мне своей ласковой настойчивостью.

— И ты даже не догадываешься, что тебя ждет, – подмигнула мне Марта. – Пятеро непоседливых детей, к тому же из-за погоды нам пришлось перенести поиск сокровищ в дом. Будет весело!