Книга Больше, чем просто друзья, страница 3 – Стэйси Фокс

На смене нас сегодня пятеро: я, бармен Пашка-меланхолик, вечно ругающиеся на кухне тётя Люба с дядей Сашей (они женаты уже тридцать лет и до сих пор не убили друг друга, что уже подвиг), и официантка Полина — студентка, которая решила подзаработать тайком от богатеньких родителей. Хорошая девочка. Слишком хорошая для этого места. Слишком чистая, слишком доверчивая. В её глазах ещё не погас тот свет, который я потеряла где-то по дороге во взрослую жизнь.

Именно она влетает на кухню как пуля — растрёпанная, вся в слезах, с размазанной тушью, которая превратила её в панду. И в первый момент я думаю, что кто-то умер.

— Рит! Ритка! — она хватает меня за рукав мокрыми руками, и я чувствую, как её пальцы дрожат мелкой, нервной дрожью. — Там опять эти…!

Замираю с губкой в руке. Мыльная вода стекает по запястью, капает на пол. Я знаю, кого она имеет в виду. Троица местных «упырей», которые считают себя королями жизни, потому что у них есть деньги. Они каждый вечер приходят, пьют и ищут, кого бы унизить.

— Я не могу… — Полина всхлипывает, и слёзы текут по её щекам, оставляя на лице тёмные, траурные полосы. — Они опять распускают руки! Я сказала «нет», но... — она начинает рыдать ещё сильнее, плечи трясутся, и она съезжает по стене вниз, закрывая лицо руками.

У меня внутри что-то щёлкает. Срабатывает тот самый механизм, который я так долго пыталась держать под контролем. Сжимаю губку так, что мыльная вода брызгает во все стороны, заливая фартук. Психуя, со злостью швыряю губку в раковину. Хотя с радостью запустила бы её в лицо наглых посетителей. Или их начальнику Демьяну Витальевичу — старому похотливому козлу, который уже полгода предлагает мне «обслужить его на дому», каждый раз прожигая меня своим масляным, липким взглядом, от которого хочется принять душ с хлоркой.

Закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Цепляю на лицо профессиональную улыбку — ту самую, что оттачивала годами, работая в заведениях разного калибра. Развязываю передник и поворачиваюсь к Полине:

— Так, ты сиди тут, успокаивайся. И чтобы ни шагу отсюда, ты меня поняла?

Девушка шмыгает носом, понимающе кивая, и я вижу в её глазах такую благодарность, что у меня сердце сжимается до размеров вишнёвой косточки. Глупая, наивная девочка. Когда-то и я была такой же. Думала, что мир справедлив, а добро всегда побеждает. Как же я ошибалась.

— И не высовывайся, — добавляю уже в дверях, бросив взгляд на кухонные ножи. Соблазн убить кого-то уж слишком был велик.

— Рит, будь осторожна, — шепчет она.

Я улыбаюсь про себя. Осторожна? Это слово вылетело из моего словаря лет пятнадцать назад.

Поправляю униформу, расправляю плечи и выхожу в зал. Пашка за барной стойкой стоит бледный, как полотно, его глаза испуганно мечутся между мной и той компанией. Посетители за другими столиками украдкой косятся на разбушевавшуюся троицу, торопливо жуют, желая поскорее убраться отсюда. Даже музыка, играющая из старой колонки, кажется притихла — будто сама боится привлекать внимание.

— Демьян Витальевич, добрый день, вам как обычно? — говорю максимально вежливо, спокойным, почти ласковым голосом, подходя к столу. Внутри всё кипит, но лицо — непроницаемая маска.

Запах дешёвого коньяка и перегара бьёт в нос. Меня мутит. Я чувствую, как к горлу подкатывает тошнота, но проглатываю её.