Книга Песнь Таргитая. Гойда, страница 76 – Юрий Молчан

Волот рухнул на пол. Имир, пошатываясь и слыша бешеный стук собственного сердца, приблизился. Волот попытался встать, но Имир машинально врезал ногой от всей души. Волоту показалось, что из глаз посыпались искры, по голове словно приложили боевым молотом. Перед глазами вспыхнули разноцветные круги — то красные и зеленые, то черные. Он рухнул, не в силах более встать.

— Ну что! - воскликнул Берак, поднимаясь из-за накрытого стола и подходя к братьям. Он весело посмотрел на разбитые губы и нос Имира. Лежащий на полу, с трудом приходящий в себя Волот выглядит не лучше. - Имир на ногах, Волот — на полу. Бой окончен! Победил Имир, а войну — выиграла Куявия! Как мы и договорились!

Волот смотрит угрюмо, усеянное кровоподтеками лицо потемнело. Он попытался снять с руки черный браслет, подаренный Таргитаем, но украшение намертво охватило запястье, превратившись в сплошной камень, который никак не снять.

— Его не содрать! - сказал Волот, злорадно рассмеявшись. - Разве что отрубишь мне руку, брат!

— Черт тебя подери! - рявкнул Имир. - Оставь браслет себе! Но дай приказ окончить войну! Ты — проиграл!! Отправь гонца и отзови артан, брат!!

Волот, наконец, сумел подняться, все еще держась за стол. По лицу видно, что силы к нему стремительно возвращаются.

— Черта с два! - процедил гневно. - Бой я, может, и проиграл, но если браслет не снимается… ничего не окончено! Я не проиграл, и Артания — тоже!! Мы превратим Куявию в дымящиеся руины! Пока не решишь сдаться, чтобы сохранить жизни жалким куявам!

— Там же наш отец, Волот! - напомнил Имир хмуро. - Как ты можешь?! Хочешь его убить тоже??

— Наплевать!! - гаркнул Волот, вытирая рукавом разбитые губы. - Отец мне давно — чужой! Тем более, он на твоей стороне, а, значит, - против меня! Против всей Артании!! Я предателей не прощаю!!

Высокие прочные стены Словенска остались за спиной, вместе с окружающим его с дальней стороны густым лесом. В лицо Имиру дует встречный ветер, треплет волосы. Впереди раскинулась степь, что появилась на месте регулярно выжигаемого в прошлом леса. Теперь остались невысокие холмы да высыхающие болота. Во многих местах пробиваются молодые крепкие дубы, лиственницы, пихты, клены, проклевывается крепкий высокий кустарник.

Их вырубают, чтобы лес не возник снова, и враги не могли подобраться к стольному граду незамеченными. С дальней стороны тоже уже рубят деревья да выкорчевывают пни, расчищая пространство перед городскими стенами и с той стороны.

Степь лихо бросается навстречу дружине Имира, земля грохочет под копытами коней. В небо карабкается яркий диск солнца, похожий на начищенный медный таз, палит все сильнее, нагревая воздух, будто воду в кадке для бани. Впереди разрастется гряда холмов, делается все ближе, крупнее, словно спины мохнатых подземных ящеров, вылезших на поверхность и так и застывших на полдороге.

Воины скачут молчаливые, хмурые. После двобоя Имира и Волота едва не возникла стычка между их дружинами в тцарском дворце. Личная гвардия Берака едва успела растащить и отобрать оружие на время пребывания. На рассвете Волот и его воины покинули тцара Славии первыми, затем, ближе к обеду откланялся Имир и его дружина, поблагодарив за гостеприимство.

Перед этим тцар выведал у Имира, что золотой браслет с головой волка — подарок явившегося ему самого Сварога. И у Волота тоже. Также он вновь попросил Имира снять браслет, чтобы его рассмотреть вблизи, но это сделать не получилось. Браслет намертво обхватил кисть, Берак разочаровано пожевал губами. Зачем нужен, допытываться не стал, словно тот факт, что его подарил сам Сварог, - лучше любых объяснений.