Книга Белый Дракон, страница 144 – Мария Токарева

— Там… там кто-то есть! – вздрогнул Вен Даррен, попятившись и прижав хвост к задним лапам. Он испуганно заскулил, как самый обычный пес.

Беглецы спустились по лестнице в фойе, считая, что путь чист. Да и на крупную черную собаку, случайно забредшую через распахнутые двери внутрь, вряд ли кто-то обратил бы внимание. А вот на налетчиков в масках – еще как, что и сделал обладатель скрипучего низкого голоса:

— Что вы здесь забыли, малахольные? Опиум воруете? Донесу!

Нейл Даст высился в дыму иссушенным древом посреди мирового пожара, точно смутные фигуры из тревожных снов последнего времени. Похоже, никто не потрудился вывести старика из казематов арсенала или же, что более вероятно, он сам отказался принимать помощь.

Наверняка он до последнего ждал, что все само уляжется, а когда дым добрался до его подземелий, еще долго запирал сто замков, чтобы возможные враги не получили доступ к оружию. И все же поражал цинизм, с которым Уман Тенеб бросил живую легенду Цитадели, как будто мечтая избавиться от единственного верного кодексу охотника.

Но Нейл Даст рассекал дымовую завесу с привычной суровой невозмутимостью, прикрывая морщинистое лицо крупным шейным платком. Отчетливо виднелись только глаза, совсем не стариковские, умные и грозные, как у опытного хищника, вожака стаи. Похоже, он немедленно узнал новоявленных налетчиков. Ни преклонный возраст, ни годы в недрах арсенала не притупили его проницательности.

Скрываться или трусливо удирать не имело смысла. Пред ними предстал справедливым судьей сам дух Цитадели. Джоэл резко остановился, загораживая собой спутников.

— Нет, господин Даст. Не опиум, – глухо признался он, снимая и сворачивая маску. Это все равно следовало сделать до выхода. А едкий дым уже достаточно рассеялся, чтобы относительно свободно дышать без куска материи на лице.

— Значит, признаёте, что воруете? – возмущенно оскалился Нейл Даст, также опуская шейный платок. Они смотрели друг на друга открыто и честно.

— Нет, не воруем, – ответил Джоэл, застыв со смирением кающегося грешника, которое не обрел бы в стенах Айгрежи пред святителем Гарфом. Их жизни теперь зависели только от прощения или гнева старейшего из охотников.

— Выясняли состав стимуляторов, – пискнул из-за спины Ли, обретя неожиданную смелость. Он тоже понял, что лгать не имеет смысла.

— Этих ваших гадких штук в шприцах? – скривился Нейл Даст. – Не думал, что они так засекречены.

— Засекречены. Потому что в них кровь созданий Хаоса. И от нее молодняк академии обращается, – на одном дыхании поведал Джоэл.

Нейл Даст изменился в лице. Морщины перекатывались волнами изумления и гнева, от которого старик яростно зашипел, а потом закашлялся, но быстро пришел в себя и несколько надменным невозмутимым тоном проговорил:

— Вот оно в чем дело. Вот почему меня сместили-то! И вот почему следующий после меня повесился, проклятый трус. Жду, когда Уман ваш тоже повесится, чтоб ему пусто было. – Нейл Даст сощурился: – Зачем все рассказали-то? Не боитесь, что я вас выдам?

— Не боимся, – с непривычной уверенностью отозвался Джоэл. Он и правда не испытывал страха. Если и оставался человек, которому он еще доверял в Цитадели, то им был именно Нейл Даст, который изначально не одобрял внедрение стимуляторов.