Книга Охотник, страница 15 – Мария Токарева

— Это единственный способ нормально выспаться и восстановить силы. Видеть сны – это не грех, как нам пытаются вбить. Нам нужен отдых, – убеждал его Джоэл.

Этому фокусу его научила Стелла. Его Стелла… Опытная охотница, с которой он встречался в юности. Она рассказала тайну, о которой не догадывались ученые. Бытовую тайну, созданную на опыте простых людей, а не вышедшую из переполненных голов великих умников с верхних уровней психушки.

«Охотникам не дают спать больше пяти часов, чтобы их не убили собственные кошмары, – говорила Стелла. – По-моему, это глупо. Что мешает найти того, кто будет сторожить твой сон, возлюбленную или верного друга?»

Со Стеллой они охраняли сны друг друга три года. Три прекрасных года любви и сотрудничества. Она научила молодого Джоэла лучшим приемам фехтования, гоняя на тренировках до седьмого пота, она же познакомила с потаенными усладами страсти. Вместе они ничего не боялись, кидались без раздумий в пекло. И считали, будто весь мир однажды покорится им, услышит их, а любые монстры содрогнутся от их отваги. Джоэл ощущал себя непобедимым рядом со Стеллой. Пылкий юноша, он верил, что это продлится целую вечность.

Вечность уместилась в три мимолетных года. Потом Стеллу убил сомн. Все померкло и рухнуло. Глупая мечта перестала существовать.

Джоэл помнил ту ночь. Они бежали по крышам, Стелла по привычке сквернословила, на лице ее читалась дикая веселость – ее способ борьбы со страхом, ее кредо. И Джоэл принимал такую игру, тоже улыбался, тоже смеялся в лицо опасности. До той ночи.

«Вот тварь, куда он делся?» – прошипела Стелла, когда, как казалось, хилый медлительный сомн резко скрылся во мраке. Инстинкты до предела обостряли стимуляторы, Джоэл слышал каждый шорох, видел преувеличенно отчетливо контуры предметов. Стелла прислушивалась и озиралась, но все равно пропустила смертельный удар когтей.

Враг подкрался со спины, выпрыгнул из неприметного чердачного окна. Джоэл помнил, как оборвался смех напарницы, резко, внезапно, точно кто-то сломал граммофонную пластинку. Она даже не успела вскрикнуть, повиснув на неестественно длинных когтях.

Раньше она никогда не проигрывала, за двенадцать лет службы даже не получала серьезных ранений. И вот она – цена необыкновенной удачи. Гибель в тридцать пять лет.

Джоэл осознал величие смерти в ту ночь, в тот миг, когда, казалось, остался без кожи. Он отсек чудовищу голову нечеловечески сильным ударом и отпихнул его ногой. Мохнатая туша с треском покатилась по замшелой черепице и глухо рухнула на мостовую. Вместе с этим звуком что-то оборвалось в сердце Джоэла. Что-то ушло навсегда.

С тех пор он некоторое время работал один, напарников выбирал случайно и быстро менял их. Кто-то погибал, но душа больше не рвалась от потери настоящих друзей. Порой Джоэл намеренно работал с самыми неприятными типами, с которыми больше никто не желал иметь дел, – с доносчиками и трусами. От них-то он и узнал, как работают некоторые охотники, они-то и искоренили его убежденность в праведности службы.

Праведное истребление бывших людей – парадокс и оксюморон, как любили выражаться уличные поэты. Существование охотников – сплошной оксюморон. Джоэл постепенно проникался отвращением к службе и в самые темные часы, пожалуй, ждал скорого обращения, просил его у жестокой судьбы. Так прошло четыре года.