Книга Охотник, страница 210 – Мария Токарева

Джоэл протер глаза от попавшей в них копоти, Ли громко чихнул, Энн обругала караульного, худосочного курносого парнишку лет восемнадцати:

— Эй, салага, смотреть надо! У тебя дыма больше, чем огня. Дрова сырые! И кто их так складывает? Навалил абы как! Это ж разве костер? Да что за молодежь пошла?!

— Из… извините! – краснея от стыда, пискнул мальчишка и захлопотал возле огня. Но вымаливать прощение ему не пришлось, потому что охотников позвали к растянутой между деревьями крупной карте. На ней четко отметили, кому какой район зачищать.

— По нашим данным, остатки бунтовщиков расположились здесь и здесь, – сообщил усатый офицер. Похоже, тот же, с которым они имели дело во время недавнего бунта. Джоэл уже прикидывал, что поищет в трущобах сбежавшую гадалку, да еще разберется при дневном свете с оставшимися ловушками, если их не разобрали саперы.

Внезапно над городом раздался гул сирен, сквозь которые оглушающим набатом отчетливо прорвался голос:

— Внимание всем охотникам! Цитадель атакуют! Всем охотникам вернуться в Цитадель! Цитадель атакуют! Повторяю: Цитадель атакуют!

— Хаосов мрак! – выкрикнул обычно сдержанный Батлер, в то время как остальные выругались куда крепче.

— Как такое возможно?! – ужаснулся офицер, кидаясь к своей ненаглядной карте. Он наверняка все просчитал и был уверен, что ни один проклятый революционер не просочился через его хитроумные преграды. Он скакал возле карты, точно скряга вокруг сундука с золотом. Но в нынешнем Вермело никакой пользы не приносили ни звонкие монеты, ни выстроенные четкие планы. Все менялось в считаные секунды. Джоэл не успел отдышаться после нехилого марш-броска от Цитадели до трущоб через квартал Ткачей, как пришлось возвращаться почти той же дорогой. Громкоговорители не доносили деталей, в какой-то момент они захлебнулись в гуле снующей по улицам толпы.

— Проклятые твари! – рыкнула ему прямо в лицо толстая торговка; Джоэл пригрозил ей мечом, буквально прокладывая себе путь через сгущающийся поток людей. Со всех улиц стекались охотники. Военные оцепляли кварталы, но большая их часть сторожила подступы к богатой части города и границу трущоб. Оборона Цитадели оставалась за охотниками, а они до сих пор не догадывались, кто напал и откуда.

— Что за ненависть? Что происходит?.. – недоумевал Ли, едва увернувшись от тухлого яйца. Жители квартала Ткачей не атаковали напрямую, но многие кричали на разные лады проклятья, некоторые кидали камни, наиболее робкие выплескивали с верхних этажей помои. Попадали всё больше на таких же обезумевших от непонятного гнева бунтовщиков. Лица наваливались разноцветным грязным месивом, люди в рабочей одежде выскакивали из ткацких цехов, шахтеры размахивали кирками и касками, хлопали ворота заводов.

Джоэл выставил вперед меч – на острие едва не напоролся какой-то обезумевший в своем гневе парень в грязном рабочем комбинезоне.

— Убийцы! Лжецы! – прохрипел он, стремясь засветить в глаз острым куском дерева, вывороченным из оконной рамы. Но Джоэл быстро перехватил руку нежданного противника, заставив его повернуться спиной, и плашмя ударил мечом под коленями, принуждая опуститься на землю и прекратить сопротивление. Парень заорал от боли в вывихнутой руке; судя по звукам, его даже стошнило. Джоэл решил, что на этот раз перестарался при задержании и сломал нарушителю конечность. Но он слишком торопился, чтобы церемониться. Едва Джоэл успел отшвырнуть от себя скулящего парня, на его место встали десять других. Дело принимало очень нехороший оборот. Сначала толпа кидалась тухлыми яйцами, но вот уже в ход пошли булыжники.