Книга Голод Рехи, страница 153 – Мария Токарева

Уж слишком отчетливо Рехи помнил, как захваченных пленников растаскивали всей стаей по кускам. На земляном полу потом оставались содранные скальпы, иногда огрызки пальцев с ногтями. Зато глаза поедали в первую очередь, обычно они лопались на зубах опального короля. После таких воспоминаний Рехи еще усерднее заработал руками, перетирая веревки.

— Да, вот так.

Ларт все-таки оживился, но его участие все равно было недостаточным. Он то скулил, то тихо рычал, но у него что-то сломалось внутри – глубже разума, глубже воли. Рушился его мир, дело всей его жизни растоптали и смешали с грязью. Прежнего Ларта не осталось, а нового Рехи еще не знал и постепенно проникался к нему отвращением: он не хотел наблюдать медленное гниение того великолепного страшного существа, которым король когда-то был.

«Если продолжит ныть, убью его», – решил про себя Рехи, когда веревки наконец-то поддались и лопнули. Сильные руки дернулись в разные стороны. В пальцах появилось желанное покалывание. А до того конечности онемели и заледенели, ощущались чем-то лишним и почти чужеродным. К счастью, сторожа все еще не возвратились.

— Выбраться бы теперь, – недовольно пробормотал Рехи, потирая запястья. Он планировал дождаться смены стражников, выпить одного или двух, а потом бежать. Иначе не хватило бы сил: все еще сильно шатало, мысли едва удерживались в голове, каждое слово приходилось тщательно осмысливать, а на ноги и вовсе не получилось встать. Но жажда жизни пересиливала изможденное отупение.

На крайний случай оставался он. Да, именно он – Ларт. Его кровь мигом оживила бы, вернула бы ногам былую прыть. Так почему Рехи медлил? Неужели и впрямь мечтал вытащить их обоих? Неужели и впрямь привязался к этому уничтоженному царьку? Ларт того не заслуживал. Рехи метался между противоположными желаниями – спасти и сожрать. Оба варианта выглядели по-своему прекрасными. Особенно в истощенном голодом сознании.

— Солнце на голову!.. Стражники, – встрепенулся Ларт. Он успел сделать вид, будто они с Рехи все еще крепко привязаны. В шатер вошли трое с копьями наперевес.

— Что расшумелись, мясо? – фыркнул один из них и ткнул Рехи под ребра древком, вышибая воздух из костлявой груди.

— Не твое дело, – отозвался в тон ему Ларт и неуловимым движением схватил Рехи за запястье. Сигнал оказался предельно понятен.

Ларт первым дернулся вперед, повалив одного из стражников. Двое других замахнулись копьями, но Рехи успел среагировать: он вцепился в древко, отвел от себя острие. Дальше все происходило, как в бреду. Где-то мелькнула чужая шея. Одним прыжком тело бросилось к источнику пищи, Рехи забыл о втором уцелевшем враге. Но им уже занялся Ларт, перехватывая копье.

Рехи же ничего больше не замечал и ни о чем не думал – он ел! Вернее, пил. Жадно выхлебывал кровь из шеи стражника, парализуя его эльфийским ядом. Рехи казалось, большего наслаждения он не испытывал, хотя прошлое вообще расплывалось неясным пятном, как и осознание себя, каких-то там великих целей и миссий.

Клыки резали плоть, вспарывали кожу, добираясь до лакомства. Кровь заливала лицо, брызгала в глаза, стекала по подбородку. Приходилось одергивать себя, останавливать, да еще на плечо вовремя легла ладонь Ларта. Он все-таки немного очухался и тоже успел закусить бывшим союзником. Уже догадывался: путь предстоял неблизкий. Или этот недоумок еще надеялся вернуть власть? Рехи уже ни за что не остался бы. Он и так сто раз предал Лойэ за то время, которое просидел подле трона. С каждым днем она ускользала от него все дальше и, вероятно, не очень-то хотела, чтобы ее нашли. Или нет? Лойэ – еще один призрак прошлого. А в настоящем осталась только деревня уродцев.