Книга Душа мира, страница 76 – Мария Токарева

— Хочешь сказать, все, что снято или написано, – это отражение событий в других мирах? – поразилась Софья.

— Не все, где-то наполовину. По-разному, – улыбнулся собеседник, однако тут же опечалился. – Но Эйлис не просто рассказывал – он посылал сигнал SOS. И ты расшифровала его!

Софья привычно зарделась от смущения: она никогда не жаждала известности, уж тем более не рассчитывала принимать участие в судьбе целого мира, как пророчил ей Страж.

— Но что же, Раджед тоже тянулся по следу этого сигнала? – спросила она.

Сомнения хлестнули жадными лианами зарослей неуверенности. Так ли уж звал целый мир? В конце концов, янтарный льор не догадывался об этом, а лишь польстился на милую девочку, на ее внешнюю оболочку. Отличайся Софья от его канонов красоты, так не открылся бы портал в чужой мир, не свела бы их судьба. На тот момент все случилось именно так, и Софья по-прежнему гневалась, вспоминая того человека, каким был Раджед. Впрочем, все менялись, постепенно, но неумолимо под бременем рока и времени. Они оба сделались иными, словно сбросили старую кожу. Она это знала.

— Спросишь у него при случае, – пообещал Сумеречный Эльф. – Полагаю, он лишь косвенно уловил зов своего мира, но тобой заинтересовался не только по этой причине.

— Ну да, конечно! Нужна б ему я была, окажись бородатым программистом или сморщенной старухой, – усмехнулась Софья, и какая-то нехорошая часть ее личности заставила непримиримо бросить: – Да я его… я его видеть не желаю! Больше никогда!

Зря все же она вспомнила о похищении Риты, а не о последующем вихре событий. Но не хотелось признаваться Стражу, что щеки полыхали маковым цветом вовсе не от ярости. Только через пару секунд Софья осознала, что, возможно, своей открытой неприязнью навсегда затворила врата между мирами, подвластные только Сумеречному Эльфу.

— Обдумай все, Софья, обдумай без меня, – грустно улыбаясь, словно иные мудрые старики, предупреждал собеседник. – Все не так сложно. Для этого знания не нужно заканчивать физфак или мехмат. Оно скрыто глубже, в самом сердце. – Внезапно он отошел к окну, сбивая занавески, прислоняясь к стене и глядя поверх головы Софьи, точно что-то гналось за ним, однако закончил плавно: – Весь мир – это единая мелодия, песня. Услышь ее! Услышь! Ох, надеюсь, это не последняя наша встреча…

— Постой, но что случится с тобой? – забеспокоилась Софья, пытаясь хоть как-то помочь человеку, который явно страдал. Хотя догадывалась, что никакие лекарства не исцелят его незримых ран.

— Тьма. Она приближается, – простонал в отчаянии он, запрокидывая голову, но еще пытался объяснять на понятном языке: – Это как приступ душевнобольного – то самое наказание за покушение на свободу воли. Исход я никогда не могу предугадать. Слушай, Софья, просто слушай песню!

Слова повисли в воздухе, когда сам Страж исчез. Софья только долго глядела в окно, где распростерся тусклыми огнями огромный город. Ее мир тоже скрывал некую песню, только голос Эйлиса с каждым днем звучал все отчетливее. Пусть и на Земле хватало боли, которую жемчуг доносил до ее сознания, заставляя слишком многое переосмыслять. И Софья обдуманно приняла эти испытания.

Впервые она совершенно отчетливо узрела цель своего пришествия в жизнь. Она вела услышавшую зов душу. Только какой ценой? Ведь так повелось: где великая цель – там великая жертва.