Книга Наёмник мёртвых богов, страница 144 – Элеонора Раткевич

Да я и так понял, подумал Иллари.

— Собственно, ты нам не был нужен. Заплачено было за поимку твоего дружка, джета. Разумный человек повернул бы назад и не стал искушать судьбу понапрасну.

Я неразумен, яростно подумал Иллари.

— А ты вот сам полез. Твоя воля. Ну, раз уж ты здесь, может, мы и ошиблись. Может, тебя с самого начала тоже стоило взять. Впрочем, мы сейчас это проверим.

Он хлопнул в ладоши. У правого плеча Иллари возник стражник.

— Принеси ящик, – коротко велел тучный.

Стражник кинулся выполнять приказание. Тучный расхаживал по камере: пять крупных шагов туда, пять обратно.

— Сейчас мы все узнаем. Что ты за птица и почему последовал за своим приятелем, и прочее такое. Все узнаем.

Стражник втащил в камеру довольно большой железный ящик с округлой крышкой сверху. В ящике что-то металось и пищало.

— Все узнаем, – с наслаждением повторил тучный. – Раздеть его.

Окончательно Иллари пришел в себя уже в камере, куда его втолкнули с издевательским хохотом, швырнув следом одежду. Несмотря на боль от побоев, Иллари был безмерно счастлив: ничего худшего с ним не произошло.

В другое время он был бы в бешенстве. Его, потомственного аристократа и владетельного сеньора, не драли даже в детстве. Доведись ему в любых других обстоятельствах познакомиться с розгами, и в горле его клокотала бы черная ярость до тех самых пор, пока он не поквитается с обидчиками за пережитый позор. Но теперь рубцы на спине напоминали лишь о том, что самого страшного не случилось.

Какими дураками мы бывали в детстве, думал Иллари, одеваясь. Слушаем баллады о великих героях. Всякий треп сказочный. Как какой-нибудь несусветный богатырь претерпел жуткие мучения и потом, бежав из плена, перекусал всех злодеев голыми руками. На кинжале повесил. И прочее столь же правдоподобное. И нам это, кажется, нравилось. Как же вдохновенно мы слушали, когда в балладе очередной герой смеялся в лицо своим мучителям, покуда они кнутами выдирали из его спины столько мяса, что хватило бы накормить батальон людоедов. И сами пересказывали подобные байки, соответственно преувеличивая. Интересно, почему нам все это так нравилось? Призадуматься – понять можно. Какой мальчишка не мечтает совершить что-нибудь эдакое, из ряда вон выдающееся?

Разумеется, мы представляли себя на месте героя-мученика, и притом с полной верой, что сможем выдержать то же самое. И мысль касается тех же участков тела, что и хлыст, но касается изнутри – мягко, ласково. А представление о собственном героизме приятно возбуждает. Наслушаешься подобных историй, и начинаешь воображать себя невесть кем. И мечтают идиоты оказаться на месте чудо-богатыря, чтобы проявить небывалое мужество и чувство собственного достоинства.

Вот и попробуй сохранить достоинство, когда тебя сажают голой задницей на ящик с крысами, и судьба твоей мужской принадлежности зависит от сущей малости: сыты ли крысы, не устали ли? Захотят ли прыгать?

Иллари безумно повезло. Оголодавшая крыса недавно загрызла и съела своих товарок по заключению. Сытый желудок и утомление после битвы не располагали ее к высоким прыжкам. Она лениво повозилась на дне ящика и улеглась баиньки. Ее даже не волновала любимая пища, соблазнительно висевшая над головой. Разумеется, понятно это стало не сразу, и страху Иллари натерпелся – рассказать невозможно. Будь вместо ящика клетка, и мучители мигом обнаружили бы сытую крысу в городом одиночестве и исправили бы упущение. Вдоволь насладившись созерцанием Иллари, которого трясло от ужаса, тучный господин велел всыпать пленнику горячих и отвести его в камеру. Пока.