Книга Альфа, страница 66 – Ларри Коррейя

То было тяжелое время для Николая, юного идеалиста, чья жизнь рухнула после нападения вервольфа, но все же он начал понимать эту новую часть себя и достиг перемирия между двумя личностями, жившими теперь в одном теле. Они пришли к соглашению и стали еще опаснее.

Многие сталинские охотники из лучших погибли, недооценив их. Но после долгой погони через самые жестокие снега родной страны НКВД наконец припер их к стенке в одной из долин Алтайского края.

Неожиданно вместо серебряной пули его ждало помилование. Сам Сталин, впечатленный докладами охотников, решил, что юный Николай Петров ему еще пригодится. Стальному Кобе уже служил один грозный старый вервольф, и он решил, что Николай станет его протеже. Так одним махом Петров получил задачу, учителя и цель жизни.

Скучаешь по тем временам.

— Иногда, – искренне ответил Николай. Миссия окончилась провалом, учитель оказался сумасшедшим, но все же Сталин дал ему нечто большее – цель, в которую он верил. Развал, распад Советского союза оставил его в пустоте, бесцельно продавать свои способности тому, кто предложит больше. Николай сделался фаталистом, ни искры оптимизма не осталось в его душе.

Как вдруг он снова нашел в жизни смысл. Нашел человеческую девушку, которая его не боялась. Казалось, это невозможно! Но Лайла… Она требовала от него стать лучшей версией себя и любила несмотря на то, что он творил в прошлом. И он заставил Зверя умолкнуть. О, как тот сопротивлялся! Но в конце концов Николай победил. И стал жить с Лайлой, жить как человек. Они были так счастливы… Пока Предтеча все не разрушил.

И Николай выбрал освободить вторую половину сознания. С тех пор она стала требовательнее. При ней тяжело было мыслить связно.

Пахнет смертью.

Он ударил по тормозам: наперерез выбежала какая-то фигура и упала. Многотонная машина проскользнула по тормозному пути, снегоотвал остановился в нескольких дюймах от упавшего.

Николай взял «Вал» и вышел из снегоуборщика. Спрыгнув, он подошел к человеку – тот как раз пытался встать, хватаясь за обледеневший отвал. Одет он был в синий комбинезон и трясся так, что Николай буквально чувствовал привкус его страха на языке.

— Надо бежать! – крикнул человек, в ужасе глядя через плечо.

Ноздри Николая дрогнули. Вервольф бежал в их сторону. Волчица выслеживала добычу, и неудивительно, что нашла ее так скоро: вонь страха служила отличным маяком.

Николай не слышал ее приближения за рокотом дизеля снегоуборщика и воем ветра. Фары освещали лишь маленький пятачок дороги, снег валил густой, будто статика в телевизоре. Николай прислонил приклад к плечу, снял «Вал» с предохранителя. Металл обжег щеку холодом. В голове наступила ясность.

Волчица бросилась сквозь статику. Добыча закричала, прижалась к отвалу. Николай спокойно прицелился, нажал на спусковой крючок. Глушитель сработал, единственным звуком был металлический звяк затвора и резкий щелчок пули. Волчица запнулась, – тяжелая пуля попала ей в ногу, как и было задумано. Тварь не сбавила хода, и Николай, шагнув вперед, ударил ладонью прямо в морду чудовища.

Волчица взвизгнула, как щенок, и шлепнулась на спину. Прокатившись по снегу, она вскочила на все четыре лапы, скуля. За ней тянулся яркий кровавый след.

Прикончи ее!

— Сам знаю, что делать, – бросил Николай.