Книга Пять юношей квартала сайя, страница 101 – Ива Годар

Кио и сейчас оставался самим собой.

Рика вспомнила, как изменили его лицо стоны женщины в садовом лабиринте. Ей вдруг стало неуютно и тревожно, и тень этих чувств отразились на загорелом лице, украшенном горстью веснушек.

Кио вложил меч в ножны, отряхнул светлое одеяние от сливовых лепестков, принесенных ветром, а затем уступил:

— Секрет удовольствия плоти в тренировке ума, хотя Хидео мог бы с этим не согласиться. Чтобы от чувственности получить все, нужно уметь ценить красоту мира, проникать в суть вещей, быть готовым познать незнакомца. Ты видишь поэзию действий, Рика, а она делает людей особенными. Именно ее ты и ищешь в нас за «стеной из цветов», которой почти все удовлетворяются. Говоря проще, ты хочешь знать, кто мы такие. Знать, кто я такой. – Он вздохнул. – А это совершенно излишне.

Рика подняла глаза, не ожидая такого, но Кио в самом деле сказал это, словно проводя линию между ними, за которую нельзя заходить. И хотя Кацу ударил ее, момент, когда тебя отталкивают, запоминается сильнее. А Рика за короткое время начала привыкать, что сайя отзывчивы и становятся все ближе, и к такому уроку не приготовилась.

Она совладала с собой и коротко поклонилась Кио.

— Если тебе нужен совет, то вот он: сегодня же уходи из квартала, Рика, – продолжил Кио. – Чтобы выиграть турнир среди девушек и юношей твоего возраста, ты знаешь достаточно. Гвардия охраняет твой дом, отец тоже не остался в стороне. Стоит подумать, кто мог послать убийц, а не привыкать к жизни, которая скоро закончится. Находиться здесь – значит каждую минуту подвергать испытаниям свою выдержку. Это было бы сложно и для человека значительно старше тебя. Лотерея пройдет вечером через три дня. До этого навести Рен Киокаву недалеко от чайной лавки на развилке.

Кио повернулся, сохраняя безупречность в каждом движении, словно принц несуществующего королевства, сотканный из лилий и звезд.

— Мне нужно вернуться к музыке, дона, но для меня было честью провести с тобой время у этого чудесного пруда. Надеюсь вскоре увидеть тебя.

Упрекнуть в чем-нибудь Кио было невозможно.

После его ухода Рика некоторое время наблюдала, как карпы толкаются друг с другом в надежде получить угощение, а затем отправилась домой.

Паруса были везде – собранные и распущенные, желтоватые полотнища высоких и пузатых кораблей или жесткие розоватые ракушки рыболовецких суденышек, просачивающихся в любую освободившуюся полосу около причала. В порту Кава, громком, оживленном и совершенно неорганизованном, вечно возникала толчея. Тут и там громоздились горы грузов, носились туда-сюда девчонки на побегушках, глазели по сторонам гости из других городов Острова Яблонь. Ровная и короткая улица с дешевыми приземистыми гостиницами и кабаками упиралась в череду причалов. Любой пришедший из города в конце концов оказывался перед трепещущим разноцветьем парусов, скрипучей темной древесиной, острым лесом мачт и морем, дышащим солью и свежестью.

В порту возвышалась тонкая красная башня, построенная предыдущей императрицей в качестве маяка, но она, как и освещенные стены квартала поодаль, просто служила ориентиром для заблудившихся. Скупость архитектуры портовых домов с лихвой окупалась разноцветными и размашистыми вывесками о продаже товаров, объявлениями, призывающими поработать на рыболовецких судах, и развешенными везде сетями и оберегами.