Книга Путешествие цветка. Книга 2, страница 164 – Го Го

Потом он тщательно осмотрел девушку с ног до головы: от ушей до шеи, от пальцев ног до щиколоток, от груди до спины. Не в состоянии кричать, Хуа Цяньгу могла лишь издавать хнычущие звуки в знак негодования.

Все ее тело покрывали шрамы – страшная картина, от которой у Чжу Жаня, на удивление, закололо в глазах. Он пренебрежительно нахмурился, испытывая отвращение к себе даже за мгновение мягкосердечия.

После долгих и тщательных поисков мужчина, наконец, добился успеха. Все было так, как он и предполагал, но в то же время превосходило его ожидания. Под правой под мышкой, в очень неприметном месте располагался маленький след завершающей печати. Крохотный, чарующе прекрасный, сложный рисунок кроваво-красного цвета. С первого взгляда он даже принял его за родинку.

Мужчина еще сильнее нахмурился. Он знал, что в теле девушки есть нечто необычное, но не ожидал, что Бай Цзыхуа применит на ней технику запечатывания столь высокого уровня. Подобную печать Чжу Жань лишь раз видел в древних письменах. Как только совершенствующийся станет ее накладывать, малейшая неосторожность может стоить ему жизни. Каким бы высоким уровнем совершенствования ни обладал Бай Цзыхуа и каким бы ни был самонадеянным, однозначно получил серьезные раны.

Что же за чудовище он запечатал в ее теле? Неудивительно, что после стольких тяжелых ран она так и не умерла.

Чжу Жань недоумевал. Что же произошло между ней и Бай Цзыхуа? Если он видел в ученице большую угрозу, не проще ли просто найти способ убить ее? Почему же он предпочел навредить себе, чтобы наложить такую печать? Если хотел защитить ученицу, зачем нанес столь жестокий удар, заставил ее вытерпеть такое наказание, а затем еще и изгнал в Дикие земли? Или же он и так знал, что девушка не умрет, и просто спектакль разыгрывал?

Чжу Жань крепко сжал кулаки. Он никак не мог понять его. Что же произошло снаружи за все эти годы?

Но в одном он был уверен: если ему суждено выйти отсюда, то Хуа Цяньгу – его шанс, ниспосланный небесами.

— Вставай! – Чжу Жань ослабил веревку и бросил девушке одежду.

Та подняла правую руку, пытаясь увидеть, что же только что так усердно искал Чжу Жань. Но слишком короткая шея не позволяла ничего рассмотреть. Повернувшись спиной, Цяньгу еще не успела поправить платье, как Чжу Жань бесцеремонно вытащил ее на улицу.

Да что же ему нужно? Если хочет прогнать, пусть хоть позволит зверя-ворчуна с собой забрать.

Раны Хуа Цяньгу только зажили, поэтому ходить пока было трудно. Она не поспевала за ним, поэтому Чжу Жань просто тащил ее за воротник.

Лес погрузился в кромешную тьму. Издалека то и дело доносились зловещие и жуткие вопли животных. Правой рукой Чжу Жань тащил девушку за собой, а в левой держал кинжал. Как только поблизости возникали плотоядные цветы, травы и лианы, он безжалостным ударом кинжала срубал их, а сок этих растений подобно свежей крови выплескивался Хуа Цяньгу в лицо.

Они шли примерно одну курительную палочку и уже давно выбрались за пределы тех мест, где обычно жила Цяньгу. Путники оказались вдали от маленькой хижины, без защиты окружавшей ее формации. В лесной чаще повсюду раздавались шорохи, разного рода нечисть следила за девушкой из темноты, но, опасаясь кинжала в руках Чжу Жаня, не осмеливалась приблизиться. Чем дальше, тем больше нечисти следовало за ними. Хуа Цяньгу смутно слышала жадное дыхание диких зверей. С тревогой оглядевшись вокруг, она невольно ухватилась за полы одежды Чжу Жаня.