Книга Путешествие цветка. Книга 2, страница 208 – Го Го

— Метелка умер. Тебя прислали ему на замену? – На лице розовощекой девчушки внезапно появилось выражение безутешного горя. Она посмотрела на девушку глазами, полными слез.

Опешившей Хуа Цяньгу оставалось лишь кивнуть в ответ.

Неожиданно девочка бросилась к ней. Сидя на корточках, Цяньгу не удержала равновесие и от толчка тут же упала на пол. Она еще не успела понять, что произошло, как девочка зарылась головой в ее объятия и разразилась рыданиями.

Пусть внешне Хуа Цяньгу выглядела всего на пару лет старше малышки, но по возрасту была намного взрослее, поэтому неизбежно почувствовала себя немного неловко. Но что тут поделать? Девочка горько плакала, дрожа всем телом, будто зайчонок. Хуа Цяньгу только и оставалось, что похлопывать ее по спине и беззвучно успокаивать.

Немного поплакав, малышка, с красными глазами еще больше похожая на зайчонка, бесцеремонно вытерла сопли об одежду девушки, а потом неуклюже встала и со смущением помогла Цяньгу подняться.

— Как же трудно на горе встретить ровесников. Почтенный мастер отправил с горы всех самых младших по возрасту и тех, у кого низкий уровень совершенствования. Как тебя зовут?

Видя, с какой наивностью смотрит на нее девочка, Хуа Цяньгу невольно нахмурилась и связала воедино все известные факты от начала и до конца. Неужели на горе Чанлю что-то случилось? Все ли хорошо у наставника?

Смятение без причины охватило ее сердце, и она ответила первое, что пришло в голову:

— Меня зовут Сяо Ци^[70].

Чжу Жань, Ло Шии, Ху Цинцю, Инь Шанпяо, Хо Си, У Цинло. Если так посчитать, она действительно самая младшая среди учеников трех досточтимых, седьмая по старшинству.

— Как ты можешь говорить, не открывая рта? Откуда доносится голос?

Совершенно изумленная малышка обошла вокруг Хуа Цяньгу, прыгая от восторга и взволнованно рассматривая ее со всех сторон.

— Я… немая. Могу говорить лишь при помощи внутренней силы.

Цяньгу смотрела на нее. Широко раскрыв глаза от любопытства, малышка щебетала и резвилась в точности, как она сама в тот момент, когда только попала на гору Чанлю.

Девочка вмиг помрачнела и опечалилась, виновато посмотрев на нее, а потом вдруг протянула руку и коснулась шеи Хуа Цяньгу. Девушка вздрогнула, уже подумав было, что ее поддельную внешность раскрыли. Но малышка неожиданно мягко провела рукой по ее горлу, выдавая взглядом жалость и сожаление.

— Похоже, рана серьезная. У меня тоже вылечить не получится. – Поначалу малышка еще относилась к Сяо Ци с опаской и сомнением, но рядом с ней было невероятно уютно, словно с давним знакомым. Кроме того, коснувшись шеи девушки рукой, она поняла, что та и правда не может говорить, поэтому подозрения тут же развеялись, и она напрочь забыла обо всех предостережениях.

— Ты умеешь лечить раны? – Хуа Цяньгу с некоторой неловкостью мягко убрала ее руку – не из отвращения, а потому что подсознательно чувствовала себя неполноценной, зная, насколько страшное и уродливое лицо скрывается под маской.

— Ага. Я с детства обходилась без всякой магии. Если птичка повреждала крыло, мне достаточно было прикоснуться, как она тут же взлетала. Последние годы я изучала в основном именно лекарское искусство. Все эти пять стихий мне не по душе. Но отец заставлял меня тренироваться, говорил, что если в драке не бить других, то побьют тебя. Больно нужно мне его слушать! Не люблю с другими сражаться. Потом я пришла на гору Чанлю. Владыка сказал мне, что одной только способности лечить других недостаточно. Так я буду лечить лишь симптомы, а не основную причину болезни. Сказал, что мне нужно стать достаточно сильной, чтобы защищать от ранений себя и окружающих. Я подумала, что в этом есть смысл, и только тогда стала учиться другой магии. Пусть я пришла сюда меньше года назад, но уже очень сильная! Ты… не узнаешь меня?