Книга Сердце тумана, страница 168 – Хелен Шойерер

В замке щелкнул ключ, и Генри вскочила с пола, обнажая катары, готовая к прыжку. Но это была всего лишь рыжеволосая служанка с подносом еды. Ардену, похоже, нравилось изображать гостеприимного похитителя, по крайней мере с ней. Она содрогнулась при мысли о том, где сейчас Блик. Глаза служанки расширились при виде Генри, и она со стуком поставила поднос на стол. Огненные волосы девушки напомнили ей об Афине, и Генри почувствовала острую тоску и сожаление. Она направилась к девушке, чтобы успокоить ее, но служанка выбежала из комнаты и за ней со щелчком закрылся замок.

Генри подошла к подносу с картофельным пюре и свининой. Там было что-то еще. Из-под тарелки торчал клочок пергамента.

Смена караула в седьмом часу.

Будь готова.

Ф.

Взгляд Генри метнулся к часам, висевшим рядом со шкафом. Три часа.

Она с жадностью проглотила ужин и обыскала свои покои в поисках чего-нибудь, что могло бы ей пригодиться. Она схватила с верхней полки гардероба две дорожные сумки и достала из ящиков комода множество нарядных платьев и нижнего белья. Генри Валиа не покинет этот замок, но сероглазая аристократка могла бы. Генри разделась и тщательно вымылась над раковиной в туалетной комнате, не забыв стереть с глаз сурьму. Вода была ледяной, но она все равно терлась ею, пока кожа не порозовела. Она застегнула корсет, решив завязать шнурки спереди, а затем повернуть это хитроумное приспособление в нужное положение, взмокнув от усилий. Она пристегнула катары к бедрам и быстро уложила платья в чемоданы, а также засунула под них кожаные брюки для верховой езды и сапоги. Изящные туфельки в гардеробе были крошечными, но Генри придется постараться – аристократка бы точно не предпочла им старые валианские ботинки.

Я действительно это делаю? Она снова взглянула на записку. Седьмой час. Она должна быть готова. Нет времени мешкать. Взяв записку Фиори, она поднесла ее к одной из многочисленных свечей и смотрела, как пламя лижет пергамент, пока от него не остался лишь пепел. Уничтожив записку, она вернулась в ванную.

Все еще определенно валианка, – подумала она, мельком увидев в зеркале свое ожесточенное выражение лица.

Она порылась в ящиках, пока не нашла женскую косметичку, и на мгновение задумалась, чья это была комната. Она высыпала содержимое сумки в раковину. Прошло много лет с тех пор, как она в последний раз видела, чтобы кто-нибудь пользовался этим хламом, но по пути она успела заметить достаточно накрашенных лиц Хиттона, чтобы, как она надеялась, подражать современному стилю. Сначала она расплела косу, позволив своим спутанным локонам свободно свисать до талии. Она насыпала на них горсть мелкой пудры и энергично втерла в корни, придавая волосам полуночный оттенок. Она также припудрила лицо, маскируя свой загар бледной кожей человека, который слишком много времени проводит в помещении. Перебирая косметику, она нашла множество жидкостей и инструментов. Она нарумянила щеки и тщательно накрасила губы в ярко-красный цвет, который, как она поняла, был в моде вчера на улицах. Она выглядела нелепо. Как фарфоровая кукла, которую выставили на полку и к которой никогда не прикасались.

В выдвижном ящичке под раковиной поблескивали две заколки для волос, украшенные драгоценными камнями. Генри скрутила волосы по обе стороны от лица и заколола их на затылке. Она покачала головой своему отражению и вернулась в спальню. Платье, которое она выбрала, было темно-синим, с длинными рукавами и бледно-золотой вышивкой, украшавшей вставку на груди до талии. Генри надела его, стараясь не скинуть катары, пристегнутые у бедер. Было чудом, что она смогла надеть это платье в одиночку. Ей это удалось, хотя и не без того, чтобы припудрить волосы от пота. Она сложила косметику обратно в дорожную сумку и грубо запихнула ее в один из пухлых дорожных чемоданов.