Книга Сердце тумана, страница 29 – Хелен Шойерер

— Оставь ботинки, – сказала Генри.

Девушка подняла голову, на ее лице отразилась паника.

Генри присела на корточки и провела ладонью по мягкому мху под ними.

— Он успокоит твои ноги – от мозолей, от боли. Ботинки приносят больше вреда, чем пользы, и замедляют наше движение.

Девушка пристально посмотрела на нее, прежде чем стянуть ботинки за каблук. Она погрузила босые ноги в приятную прохладу мха. Все ее тело расслабилось от облегчения.

— Спасибо, – сказала она.

Генри кивнула и встала, доставая из-за пояса компас. Хотя в такой глуши Хоторнов то тут, то там виднелись сторожевые башни, даже коренному валианцу требовался компас, чтобы ориентироваться в раскинувшемся на верхушках деревьев городе. Мосты и тропинки, переплетенные крепкими ветвями и виноградными лозами, тянулись во все стороны – естественный лабиринт под пологом леса, призванный заманивать в ловушку и сбивать с толку пришлых и направлять местных.

— Почему я здесь?

Генри оторвала взгляд от компаса и увидела, что девушка, заламывая руки, все еще смотрит на нее.

— Ты бы предпочла остаться с людьми короля?

— Нет. Я просто не понимаю, что происходит. Мой дом сгорел дотла, они явились и утащили меня из моей деревни, а теперь появляетесь вы и забираете меня у них… Почему это происходит? Чего вы от меня хотите?

Генри позволила вопросу повиснуть в воздухе, чувствуя, как вокруг нее пульсирует энергия гостьи. Это была грубая, необузданная магия, исходившая от худощавой девушки. Сила была вплетена в ощутимое одиночество и горе, спрятанные глубоко под поверхностью.

— Ты обладаешь магией, – сказала Генри.

— И что? – Девушка вызывающе вздернула подбородок.

— В наши дни ты представляешь интерес для всех, но особенно для короля.

— Я не сделала ничего плохого. Я… я ненавижу это. Я не хочу этого.

— Будь осторожна со словами, девочка. Несмотря на законы, есть люди, которые готовы убить за каплю магии.

— Я никогда не просила об этом.

— Никто ни о чем не просит. Ты получаешь то, что тебе дано в этой жизни, – сказала Генри.

Девушка переступила с ноги на ногу во мху.

— Так было не всегда.

— Да. За это ты можешь благодарить короля, его предков, чуму и смерть Казимира.

— Казимир. – Девушка покачала головой. – Как будто он мог спасти нас. Он сбежал с какой-то женщиной, оставив наш народ гнить…

— Ты слишком молода, чтобы цепляться за подобную ожесточенность. Последняя вспышка чумы была больше десяти лет назад. Разве ты помнишь об этом?

В глазах девушки вспыхнул тихий гнев, и Генри впервые заметила, что они странного цвета: один орехового цвета, другой – голубого.

— Хватит разговоров о прошлом, которое отныне несущественно.

— Прошлое никогда не бывает несущественным, – возразила девушка.

Генри проигнорировала это замечание.

— Как тебя зовут?

— Блик.

— Как тебя зовут на самом деле?

— Блик.

Генри изучающе окинула взглядом девушку.

— С таким именем неудивительно, что ты себя жалеешь.

Прежде чем Блик успела ответить, Генри развернулась на каблуках и ускорила шаг, направляясь обратно в Валиа.

Они разбили лагерь на вершине моста в самый неожиданный момент и в течение двух дней двигались на юго-запад, вниз по хребтам Хоторн. Независимо от того, сколько раз Генри совершала этот поход, она все равно восхищалась им. Фонтаны липких листьев, бьющих из трещин в мостах, вертикальные полосы лимонного желтого и лососево-розового цветов, листва с неровными, почти зигзагообразными краями, испещренная вкраплениями красного дерева, как будто кто-то уронил на нее палитру красок. Она никогда не уставала от бескрайних просторов леса, силы древних деревьев и паутины, тонко сотканного шелка, сверкающего в пятнистом лунном свете. Все в этом месте успокаивало ее до глубины души. Горный воздух обжигал обнаженную кожу, и Генри заметила, что Афина отдала Блик свой плащ. Генри ничего не сказала. Если Афина хотела посочувствовать девушке ценой собственного комфорта, пусть будет так.