Книга Пережить смерть, страница 46 – Дмитрий Клопов

— Эта фиговина захватывает наши мозги? — всполошился Саша и схватился за голову.

— На руле руки держи, дубина стоеросовая! Не переживай, у тебя ему захватывать будет нечего, — обещаю я.

— Весь мозг ему не нужен — лишь крошечная часть. Вирус вызывает серию небольших мутаций и, по сути, дополняет работу Варолиева моста. Это маленький, но очень важный отдел ствола головного мозга — составная часть заднего мозга. Он отвечает за передачу информации из спинного в отделы головного мозга, а также за регуляцию некоторых функций организма. Проще говоря, этот крошечный валик отвечает за регуляцию работы кишечника, дыхательной системы, опорно-двигательного аппарата и сенсорной функции. Захватив этот важнейший транспортный узел, он выключает все ненужное, он оставляет человеческому телу только то, что необходимо ему для питания, — подытоживает женщина, словно этим все сказано.

В машине повисает напряженная тишина. Только Антон напряженно сопит и рассматривает свой лоб в зеркало заднего вида. Надеется увидеть мутировавший мост в мозгу?

— Погодите! То есть, вы хотите сказать, что эта штука уже сейчас изменяет этот самый Варолиев мост? — спрашиваю я.

— И да, и нет. Чтобы запустить этот процесс до наступления смерти, необходимо попадание ударной дозы вируса на слизистую человека. Я слышала, что во время самых первых исследований в Африке концентрация вируса в зомби была такой сильной, что заразиться можно было едва ли не от прикосновения. Подтвердить эту теорию не могу, но вот бы мне получить образцы тех подопытных, — мечтательно протягивает Елизавета Игоревна. — Мда, о чем это я? Ах, да! Вы можете не переживать. Вы бы ни за что не пропустили процесс изменения — мутация сопровождается сильнейшими головными болями.

— Правда? Фу-у-ух, отлегло, — Саша вытирает вспотевший от напряжения лоб.

— На этом вопросы закончились? — уточняет заведующая. — Тогда лекция окончена…

— Стойте! — выпалил я и подскочил в кресле.

— Ну что еще? — недовольно спрашивает женщина.

— Последний вопрос, честно! — обещаю я. — Елизавета Игоревна, вы сказали, что мозг требует обмена веществ и чего-то там еще. То есть, если ожившие люди не смогут нормально поесть, то к ним все-таки придет окоченение, разложение и прочая требуха, которую вы нам описывали?

— Ну да. Пусть и в значительно замедленной форме. Тело не тратит лишнюю энергию, как мы с вами в повседневной жизни. Но все равно, через условные пять-семь лет, оголодавшие зомби превратятся в кучки разлагающейся плоти.

Я пробуждаюсь медленно, словно прорастая из земли. В который раз просыпаюсь от того, что Адам и наша златовласка целуются. Они думают, что мы все не в курсе о том, что они тут по ночам тайком сосутся?

Милана, наверное, территорию решила пометить, раз уж Адам вернулся мужчиной. Ну что за звуки сегодня мерзкие — совсем совести у них нет?

— Можно потише?! — зашипела я на горе-любовников. — Вы сегодня совсем страх потеряли! Вы как два тюленя, которые рыбий хвост на двоих делят — номер себе снимите уже отдельный!

Звуки не прекращаются, и я нехотя открываю глаза. Адам, видимо, совсем осмелел, потому что он уже практически лежит на Милане. Он без остановки крутит затылком, и я только вижу, как под ним извивается наша королева красоты. Ну кто так целуется?