Книга Пережить сегодня, страница 115 – Дмитрий Клопов

Слепенков опять наклоняется, чтобы почесать раненную лодыжку. На ней еще заживают уродливые, длинные шрамы, оставленные через плотную ткань форменных штанов ногтями покойника у ворот резервации.

Мы никому не сказали, что парня подрал зомби — во время осмотра мы все раны списали на падение вертолета. Я и Артем поочереди приглядывали за Костей несколько дней, но раз уж он до сих пор не обратился, то будем считать, что все обошлось.

— Аргрыхыр! — раздается за его спиной.

Костя вздрагивает и испуганно отскакивает в сторону, резко разворачиваясь. Позади него только Макарченко.

— Бу! — кричит Артем и хохочет, довольный своей шуткой.

— Вот гад! Не смешно, Тём. Задрал уже подкалывать, — тяжело выдыхает снайпер.

— А по-моему, очень смешно. Ты как себя чувствуешь? Голова не кружится? Не хочешь пообедать сырым человеческим мясом? А может, хочешь закусить моими мозгами? — продолжает насмехаться Артем и наклоняет голову в сторону Кости.

Слепенков бросается на связиста, но тот ловко уклоняется. Однако я быстро оказываюсь рядом и отвешиваю Артему смачный подзатыльник.

— Какими мозгами, Тёмыч? С такими шутками всем давно ясно, что на тебя ни один мертвяк не позарится, — отвечаю я и улыбаюсь.

На этот раз засмеялись все, кроме Артема. Даже Георгий Степанович сбавляет шаг и поравнялся с нами.

— Подтверждаю. Такой материал нам не пригодится. Разве что Степненко заинтересовался бы, но он тот еще мясник, хоть и довольно известный в научных кругах, — подхватывает Панов.

На этот раз смеется даже Макарченко. Вот так, дружно смеясь, мы передвигаемся в трех километрах от зоны резервации.

Мы уже встретили несколько довольно крупных групп зомби, но обошли их стороной. И вот на наше плохо скрываемое гоготание из-за подъезда дома напротив выходят двое покойников.

Немного впереди колченого вышагивает мужчина средних лет. Его густая рыжая шевелюра совсем не вязалась с посеревшей кожей и выбеленными бельмом глазами. Зеленая кофта и светлые брюки, надетые на парне, в трех местах были грубо истерзаны зубами. Рваные края дыр застыли темно-бордовыми осколками запекшейся крови — бедолага обращен не больше пары дней назад.

Старик, идущий позади, ковыляет, еле волоча по асфальту ноги. Истлевший похоронный костюм мерзко сросся с плотью дедули, словно тот успел мумифицироваться. Вдобавок левый глаз престарелого «Тутанхамона» без остатка залеплен грязью, что придает ему немного мистический вид.

— Какой интересный экземпляр! — восклицает профессор.

— Который, Док? — уточняю я. — Хотя согласен, дедуля вполне себе необычный.

— Что вы, Станислав Александрович, старик мне как раз не интересен. А вот рыжий парнишка — это то, что нужно, — довольно отвечает Панов.

— Парнишка? Да ему ж лет сорок не меньше. Сколько вам Док — семьдесят? — усмехаюсь я. — Ладно, хозяин — барин. Рыжего так рыжего. Артем, на тебе мужик этот патлатый. Кость, убери старика.

— Как скажешь, Кэп, — хмуро кивает Слепенков и решительно зашагал навстречу мертвякам.

В руках он продолжает держать наперевес длинную снайперскую винтовку. Связист же, напротив, выдвигается к зомби, забросив автомат за спину. Легкий скользящий шелест, и кривой длинный нож дрожит в его ладони.

— Артем, держи себя в руках, — напоминаю я связисту.

— Не первый день замужем, Саныч, — усмехается Макарченко.