Книга Бесконечная песнь, страница 101 – Джули Кагава

— Ой, вы только посмотрите. Щеночек наконец показал зубы. – Ухмыльнувшись, он облокотился о машину и окинул Зика оценивающим взглядом. – Думаешь, сумеешь продемонстрировать свои клыки, когда мы встретимся с твоим страшным-ужасным господином, щеночек? Или слиняешь, поджав хвост?

Зик улыбнулся, но это была зловещая, убийственная улыбка – его клыки блеснули в сумраке.

— Я ничего не забыл, – тихо, угрожающе произнес он. В гараже стало на несколько градусов холоднее, и Шакал растерянно нахмурил лоб. – Я не забыл, что ты сделал с моей семьей. Я не отказался от своего обещания. Однажды ночью я приду за тобой. Так что не расслабляйся. Когда все закончится, я убью тебя.

Шакал пристально посмотрел на него. Воцарилась тишина, и я с трудом подавила желание выхватить меч. Кэнин стоял неподвижно, но я чувствовала повисшее в гараже напряжение – четверо вампиров ждали, что будет дальше.

Тут Шакал хохотнул, тряхнул головой и отошел от машины.

— Ну попробуй, щеночек, – сказал он, и напряжение слегка рассеялось. – Жалко будет тебя убивать – у тебя есть потенциал для того, чтобы стать достойным кровососом. Но я бы на твоем месте подождал со своими угрозками, пока мы не отыщем Саррена. Какое чудесное послание мы обнаружили! Оно означает, что Саррен знает: он больше не имеет над тобой власти. И готов поспорить, он не особо счастлив от того, что его особый слуга обрел свободу воли. Он будет искать любую возможность вывернуть тебя наизнанку. – Нехорошо улыбнувшись, Шакал придвинулся ближе к Зику – клыки его сверкнули. – Так что не обо мне тебе следует волноваться, – насмешливо произнес он. – Попробуй снова бросить мне вызов, когда насадишь голову психопата на длинный кол. Я с радостью насажу туда же твою башку.

— Довольно, – прервал перепалку суровый низкий голос Кэнина. – Сейчас не время ссориться, – поучительно заметил он, прищурившись на нас троих. – Саррен совсем близко. И он использует любую возможность, чтобы замедлить нас или настроить друг против друга. – Его взгляд упал на Зика – тот опустил глаза. – Если мы хотим остановить его, мы должны забыть о мести, забыть о ненависти и сомнениях и довериться друг другу. Пусть хотя бы ненадолго. Ты это сможешь, Иезекииль?

— Ну да, – вздохнул Зик, повесив голову. – Я все понял.

— Тогда в путь. Мы почти добрались.

— Ну разумеется, – заметил Шакал, открывая пассажирскую дверь. – Никаких тебе «Эй, Шакал, спасибо, что починил машину. Если бы не ты, пришлось бы нам звездюхать пешком до самого Эдема». – Он уселся в кресло и захлопнул дверь за собой. – В следующий раз, когда мы проколем шину, разбирайтесь сами. Собственно, кое-каким ленивым маленьким ублюдкам, не буду показывать пальцем, не помешает обучиться ставить запаску.

— Вряд ли это сложно, – ответила я, забираясь на заднее сиденье вместе с Зиком. – Мы просто наполним шину болтовней, что без конца валит у тебя изо рта. Столько воздуха зря пропадает.

— Эллисон, – вздохнул Кэнин. – Пожалуйста.

И мы замолчали. Кэнин включил двигатель, развернул машину и выехал на дорогу – к шоссе. Начинался последний этап нашего путешествия.

Мы ехали так, будто с тех пор, как фургон заглох неподалеку от Старого Чикаго, ничего не случилось: Кэнин и Шакал впереди, притворяются, что не обращают друг на друга внимания, а мы с Зиком сзади. Правда, кое-что все же поменялось. Зик молчал, но это было не то мертвое, безнадежное молчание, как раньше. Я чувствовала, как он думает, на его лице сквозила тревога. Размышлял он, скорее всего, о своей семье – о Калебе и Бетани, о Мэттью и Джейке, стариках Сайласе и Терезе, о тех, кого он оставил. Эдем должен был стать для них обещанным убежищем – городом без чудовищ и вампиров. Местом, где люди могут жить в безопасности. Но Саррен поставил под угрозу и эту возможность. Придвинувшись, я положила руку Зику на колено – он удивленно взглянул на меня. Лицо его было мрачным, в глазах читалось беспокойство, но это было лучше, чем абсолютное равнодушие.