Книга Еда и патроны. Ренегат, страница 311 – Артем Мичурин

— Во дает, – хохотнул Коллекционер. – Надеюсь, это не то, о чем я подумал.

— У тебя сегодня все мысли на одну тему, – посетовал Стас.

— Каково окружение… А все же интересно, что у него сейчас в голове. Баб своих нету, чужих он, наверное, тоже сроду не видал. Как считаешь?

— Боюсь, что в голове у него неотразимая ручная модификация КПВ, а то и целая «зушка». Тяжелая, горячая, сверкает начищенными стволами…

— Боже мой! Станислав, – скривился охотник. – Не ожидал от тебя такой пошлости. Я думаю, нужно проучить нашего шаловливого друга. Не хрен на вверенном посту глупостями заниматься.

— Не уверен, что это хорошая идея. Честно говоря, я не уверен, что к нему сейчас вообще стоит приближаться.

— Понимаю, – кивнул с серьезным видом Коллекционер. – Риск велик. Придется, значит, мне одному идти. Но ничего, справлюсь. Хотя с двух сторон было бы продуктивнее.

Он ухмыльнулся и поспешил осуществлять свой гадкий план.

Оставшись позади, Стас наблюдал, как охотник подобрался к развалинам, бесшумной тенью в полуприседе скользнул к великану за спину и…

— Какого хуя?! – разнесся над пустошью возмущенный крик Коллекционера.

Сатурн вскочил на ноги и шарахнулся, явно испуганный неожиданным визитом. Но комичная поначалу сцена на этом не закончилась. Коллекционер отчего–то продолжал материться и размахивать руками, указывая вниз, а великан молча смотрел на него, не понимая причин льющихся в свой адрес оскорблений.

Решив, что ситуация приобретает совсем не шуточный оборот, Стас припустил бегом, а когда прибыл на место происшествия, остолбенел.

Возле костра лежали три трупа в хорошо узнаваемых длиннополых кожаных плащах с вышитыми крестообразной вязью узорами. Одно из мертвых тел замерло на боку в странной позе, с вывернутыми назад руками и неестественно сильно изогнутой в области поясницы спиной. Второй мертвец распластался грудью по земле, тогда как лицо его было обращено вправо и немного назад, будто в попытке заглянуть себе через плечо. Попытка выглядела успешной. У третьего трупа голова и вовсе отсутствовала. Стас не сразу опознал ее в разбросанных рядом фрагментах: обрезки лица и скальпа, высохшие от близкого жара пламени глазные яблоки, нижняя челюсть с облепленным красной пылью языком, куски мяса, мозг, выглядящий так, словно его вычерпывали ложкой, и собственно голова – пустая черепушка, с неясной целью подвергнутая термической обработке методом «надень на палку, сунь в костер», а затем частично оскобленная ножом. Возле стены аккуратным рядком стояли два АК–74М с деревянной резной фурнитурой и один богато украшенный, явно любимый покойным владельцем АКМН.

— Поверить не могу! Олигофрен–переросток! – Коллекционер, выплеснув превысившие критическую массу эмоции, замолчал и, глубоко дыша, поднял вверх указательный палец. – Так. Живо собирай манатки. Объяснять потом будешь.

— Они хотели… – боязливо начал Сатурн.

— Живо!!!

— Да, нехорошо получилось, – вздохнул Стас, разглядывая зверски умерщвленных братьев ордена святого Ильи Муромца. – Есть предложения?

— А как же? – обернулся охотник. – Предлагаю сдать этого долбоеба Святым. И пусть делают с ним, что хотят.

Сатурн остановился и недобро взглянул на компаньонов.

— Быстрее говно свое упаковывай! – рявкнул Коллекционер. – Еще рожи кислые строит тут, скотина! Не будем мы тебя сдавать, хоть и надо бы. А по–хорошему – так вообще с ними положить рядом, – кивнул он на бездыханные тела.