Книга Повелитель Стихий. Том 4, страница 66 – Ярослав Сай, Ленивая Панда

Вот и третья.

Росток вытянулся в глянцевое деревце мне по пояс, с чёрной кроной, вода рядом с которой была настолько вязкой и густой, что скорее напоминала нефть.

Вынырнул наружу перевести дух. Пальцы дрожали, в животе выло. Но это все мелочи, по сравнению с главным неприятным моментом. Мох высох и посерел, а сам камень больше ничем не фонил. Осталась просто пористая болванка, только очень тяжёлая. Высосал досуха.

Обычному единённому такой скачок за ночь не светил бы и после долгих лет работы, а у меня на него ушло полночи. Удивляться себе я запретил ещё в Тарнисе. Тогда грешил на хистиций, но прав был или нет, до сих пор не выяснил. Как бы то ни было, аномалия на месте и работает исправно, так что пользуемся.

Отложив пустую половину, я позволил себе передышку и размял ноги, прислушиваясь к дому. Тихо, только сквозняк из лаза шевелил пыль на полу. Мои гости лежали где упали: один посреди кладовой, второй в углу, оба смирные, как примерные постояльцы. Живот напомнил о себе протяжным воем.

Нет, отвлекаться не время. Этот перекус может стоить мне решающего шажочка, которого не хватит до следующей грани. Всё же стихия из руды вытекает крайне быстро. В таком случае, это будет самый дорогой прием пищи в моей жизни.

Вторая половина пошла тяжелее. В сопряжение за сегодня и так вошло слишком много стихийной силы, так что следовало бы сделать короткую передышку, но с учетом истекания стихии, этого позволить я не мог.

Приходилось насиловать себя, надеясь на то, что в случае форсмажоров в последний момент успею остановиться.

Благо до них не дошло.

Время растянулось в один длинный глоток, и когда сопряжение дрогнуло в третий раз за ночь, я не сразу сообразил, что это уже итог.

Четвертая грань.

Чёрное деревце стояло у кромки как влитое, вытянувшись вровень с воздушным. Вода вокруг загустела еще сильнее. Соседи перестали возмущаться — то ли смирились, то ли поняли, что новенький отсюда точно никуда не денется.

Я открыл глаза под стук шагов и грохот вёдер над головой. Уже утро. В подвале без окон время определить было невозможно, но эти звуки я за последние недели выучил не хуже часов — дом просыпался. Вся ночь ушла целиком, а с ней и оба камня. Вторая половина лежала на коленях, серая и сухая, мертвая, если так вообще стоит говорить про стихию смерти. Мох рассыпался под пальцами в труху.

Следом взгляд упал на незваных гостей, всё ещё ожидающих моего следующего шага.

Вот теперь можно начинать.

Сначала ножи — выдернул оба и, обтерев о чужой рукав, вернул на пояс.

Как поднимать мёртвых, я знал исключительно в теории, благо опыт был значительный — в прошлых жизнях насмотрелся и наслушался всякого. Мастера смерти встречались в разных мирах, и со многими из них мне доводилось контактировать.

Так что я прекрасно знал, что обычный поднятый покойник, вроде костяков из пропитанных смертью подземелий Тарниса, годится разве что ходить и падать. Ни о воспоминаниях, ни даже о просто возможности поговорить речи не идет. Чтобы мертвец заговорил, нужна сила, до которой первой грани далеко.

У четвёртой — есть.

Тела были свежими — смерть наступила вчера вечером, а в холодном подвале трупы даже подгнивать не начали. Лучших условий не придумаешь. Зачерпнул из сопряжения горсть силы смерти и направил к первому, лежавшему посреди кладовой. Стихия скользнула в рану, разошлась по телу и заставила его дёрнуться будто от толчка.