Онлайн книга «Повелитель Стихий. Том 3»
|
Нить обежала комнату по кругу: стены, Тобиас, блюдо с пирожками, чайник. А возле хозяйки дома ей неожиданно пришлось протолкнуться. Еле заметно, будто воздух вокруг Ливии Вентор оказался слегка плотнее обычного. Знакомое чувство. Пятая ступень или выше. Я прожевал и потянулся за вторым пирожком. В целом, этого и следовало ожидать. Не знаю, какого калибра в этой семье отец Тобиаса, но мать держит высокую планку. И еще как! Образ заботливой хозяйки разительно контрастировал с тем, что под ним скрывалось. — Что-то вы задумались, наставник, — ласково сказала Ливия. — С грибами берите теперь. Тоби, не смей, это гостю. — Просто пирожки у вас прекрасные, — скрыл свое удивление я. — Ой, да бросьте, — отмахнулась она, и ямочки на её щеках стали глубже. — Обычные пирожки. Просто с секретом. В этом доме без него даже тесто не замешивают. Прощались мы на пороге, и в руки мне лёг тёплый узелок размером с барабан. — Пирожки в дорогу, — сообщила Ливия тоном, не терпящим возражений. — Там с мясом, с грибами, с вишней и ещё с чем получилось. С мясом отдайте барсу, а то они злые, когда голодные. — Знаете и про барса — Наставник, — она посмотрела на меня с укоризной. — У меня очень разговорчивый сын. Из глубины дома донеслось возмущённое «мам!», и на этой ноте мы расстались, можно сказать, лучшими друзьями. Остальные дела не заняли много времени. Подорожную и герб в сургуче канцелярия выдала мне тем же утром, до обеда у Венторов. Эмилии я позвонил вечером из «Аурелии» и бодро наврал, что дела в столице затягиваются ещё на недельку. Про фамильное достоинство и крепость сообщать не стал, чтобы лишний раз не волновать сестру. Сначала сам пойму что да как, и потом уже скажу Эмилии. Восточное поле лежало за городской чертой. Длинная полоса утоптанной земли да пара ангаров в утреннем тумане. Солдаты цепочкой таскали ящики в брюхо машины, стоявшей посреди полосы, а интендант у трапа орал на них так, что туман расходился от его криков. Борт снабжения короны стоял на трёх колёсах, растопырив крылья с парой винтов. Больше всего он смахивал на грузовик, который однажды решил, что земля ему мала. У Флекторов, стало быть, водились и такие игрушки. Удовольствие, судя по всему, было по карману только короне да Высотам — за все дни в столице небо над террасами оставалось пустым. Тем показательнее, что ради моего скорейшего отъезда борта не пожалели. Тобиас припёрся провожать на рассвете, невыспавшийся и торжественный, и вручил мне мешок экстрактов от мамы. Валерия пришла тоже, молча сунула руку и велела беречь бумаги лучше головы. Голова у меня, по её наблюдениям, живучая, а вот казённые печати не восстанавливают. Потом трап убрали, винты раскрутились, и поле за иллюминатором поехало назад. Столица провалилась вниз и превратилась в маленький аккуратный макет — террасы, сады, фонтаны и белый дворец на горе. Хоть картину пиши, жаль только, что начинка у этого города не такая красивая, как наружность. Каждый второй в этом городе играет в свою игру, а каждый первый в чужую. Борт лёг на крыло и завернул на восток, туда, где за горизонтом меня ждали новые владения. Центурион в вольере возмущённо мякнул. — Согласен, — сказал я и развязал узелок с пирожками. * * * Третья Высота Поместье семьи Вентор |