Книга 44–ая реинкарнация злодея, страница 100 – Алекс Го

Вскоре у злодея появился весьма амбициозный план по завоеванию расположения наставницы и укреплению собственной репутации. Он решил сочинить цикл романтических баллад о любви ученика и учительницы. Общественное мнение - мощное оружие, и если в народе будут распевать песни о трагической и прекрасной любви заклинательницы и ее гениального ученика, это создаст нужный фон, сделает их связь чем-то поэтичным и ожидаемым, а не скандальным и запретным.

Он уединился в своей мастерской, исписывая свиток за свитком, однако поэзия давалась ему сложнее живописи. Он мог выплеснуть на холст бушующую страсть, но уместить ее в строгие рамки размера и рифмы было куда сложнее. И тут его взгляд упал на Сяо Ланя, который корпел над иероглифами. В голове Хань Яна щелкнуло.

— Младший брат, ко мне, - бросил он.

Сяо Лань вздрогнул, как от удара током, и послушно подошел к нему.

— Читай. И смотри.

— С-смотреть что? - робко спросил мальчик.

— Какой из этих припевов больше понравится людям. Ты же все видишь. Посмотри на эти слова и расскажи, что люди почувствуют, когда услышат их.

Сяо Лань замер, его прозрачные глаза расширились от ужаса. Это была новая, невероятно сложная задача. Видеть судьбы людей - одно. Видеть абстрактную эмоциональную реакцию толпы на еще не созданное искусство - совсем другое.

— Я… я не знаю, как…

— Так научись, - голос Хань Яна не допускал возражений. - Ты здесь именно для этого и находишься.

Он положил руку мальчику на плечо. Предупреждающая искра Ци была едва заметной, но Сяо Лань вздрогнул и тут же уставился на свиток. Его взгляд потерял фокус, стал плоским и одновременно бездонным, уходя в неведомые дали. Он медленно водил пальцем по строкам, шепча обрывки фраз:

— Эта песня станет популярной, – выдохнул он.

— Отлично! – лицо Яна просияло.

— Но… – мальчик замялся, съеживаясь под тяжелым взглядом «старшего брата». – Ее будут петь в тавернах пьяные люди, они ее переделают, и она станет главной… похабной песней года…

Хань Ян помрачнел. Он ясно представил эту картину. Су Лили, услышав такое, сначала улыбнется, а потом медленно и мучительно убьет автора. Злодей сжег свиток с неудачным вариантом баллады, и решил, что впредь не будет сосредотачиваться на воспевании красоты наставницы, а остановится на ее таланте и выдающихся душевных качествах.

— А вот эта песня как? - он показал следующий текст.

Сяо Лань продолжил пророчествовать, а Хань Ян жадно ловил каждое слово, тут же зачеркивая неудачные строки и помечая те, что вызывали лучшую реакцию. Это было гениально. Он использовал дар пророка не для спасения мира, а для написания идеального любовного хита.

Но Сяо Лань быстро выдохся. С его лба струился пот, а пальцы дрожали. Видение таких тонких и множественных вариантов будущего сильно истощало его.

— Отлично, - Хань Ян даже расщедрился на похвалу и похлопал младшего брата по голове, словно щенка, который правильно выполнил трюк. - Молодец, можешь идти отдыхать.

Сяо Лань сбежал, чувствуя странную смесь облегчения и удовольствия, что его наконец-то похвалили. А Хань Ян уже планировал следующий шаг. Он отдал балладу популярным в этом году музыкантам, и те были только рады, что ученик с пика искусств решил поделиться с ними своим творчеством. Через месяц мелодия начала звучать на улицах ближайших городов, а через два - ее уже знали в столице.