Книга Воздушная разведка. Книга первая, страница 58 – Владимир Поселягин

Вот так забрав ключи, и открыл дверь нужной камеры.

— Товарищ майор, вы тут? — громким шёпотом спросил я

— Кто это? — спросили, причём в два голоса. Похоже в камере два майора.

— Старший сержант Серов, товарищ майор. Я видел в глазок как вас мимо моего карцера провели.

— Серов? — явно не поверил Орлов. — Чёрт, я думал ты погиб. Ивачев вышел к нашим, с окруженцами, доложился что самолёт рухнул, горел, его никто не покинул.

— Генка у наших? — обрадовался я. — Видел парашют дальше опускался, но думал тоже в плен попал. А я на парашюте прямо на дорогу, где немцы двигались колоннами, опустился. Прыгал с малой высоты. А штурман погиб.

— Всё это хорошо, — сказал другой голос, камера полна была. — Но не кажется вам, что общаться тут не стоит? Сержант, я полковник Пантелеев, начальник штаба стрелкового корпуса. Как ты смог выбраться?

— Да, товарищ полковник. Тут один надзиратель по мужчинам оказался, скрытый, немцы таких сажают, я его давно приманивал, две недели уже тут. В основном в карцере сижу, немцы поняли, что вру им, там держали, ну вот и сговорился с этим. А как дверь открыл, задушил его. Потом ещё двоих убил, добыв нож, ключи забрал и к вам. Один из охранников перед смертью и показал где вы, товарищ майор, находитесь. Уходить надо, и другие камеры открыть.

Из камеры сразу народ повалил. Спотыкаясь, темновато было, лампа горела дальше, у карцера, на полу стояла, в тюрьме кстати пять карцеров, два тут на этаже, и три внизу. Пока якобы держали наверху. У одного открытого и лежал дежурный, это видели. Пока камеры открывали, уже старший появился, какой-то полковник, готовил людей к побегу, искали других охранников, мы направились к лестнице, у которой ещё один охранник лежал, со сломанной шеей.

— Однако, — сказал полковник Пантелеев, изучая тело, потом стал стаскивать сапоги, сам тот бос бы, у меня стоптанные боты без шнурков на ногах. На три размера больше.

— Очень зол я, и жить хочется, — ответил тому, и тут же к Орлову обратился, что рядом стоял. — Товарищ майор, меня постоянно к следователю таскали, уже знают, что это я водил ночной разведчик, что им так мешал. Даже эксперименты ставили как я в темноте вижу. Там архив рядом, документы мои. Забрать бы.

— Да? Может и мои там? Меня вон тоже сбили, и в плен взяли. Вчера утром ещё.

Дальше до архива, дверь выломали, ключа не было, а тут по буквам, я быстро нашёл свой бланк, лампа на столе горела, из дежурки принесли, тут же и другие заходили, искали свои. Я вернул документы, а бланк забрал Орлов, только читать не стал, видимо немецкого не знал. Я тоже не знаю, что там дежурный понаписал, свои документы майор тоже вернул, и дальше на выход, а там толпа, открыли двери, захватив дежурку с солдатами у ворот, тюрьма окружена кирпичной стеной была. Открыв ворота, толпа хлынула наружу. Не сразу, но ударил пулемёт с вышки. В ответ раздались выстрелы, было захвачено оружие, и пулемёт на ближайшей вышке захлебнулся. А мы убегали.

— Куда мы? — спросил Орлов, что держался рядом. Да он меня за рукав гимнастёрки схватил и так бежали. Боты я в руках держал, в них не побегаешь.

— В той стороне аэродром, я же в темноте вижу, нож есть, злости хватит снять часовых и самолёт угнать. Я пёхом идти не хочу.

А где аэродром я знал, видел, когда подлетал ко Львову. Два транспортных самолёта точно есть. Кстати, нас было семеро. Полковник тот, Пантелеев, что также за нас уцепился, слишком мы, скажем так, уверенно действовали, и ещё четверо. Двое в красноармейской в форме, как у меня, один в командирской, но без знаков различия, у Пантелеева кстати их тоже не было. И мужчина в костюме, грязном и провонявшем. Но это гражданская одежда, когда-то светлая, чиновники такую носят. Тот сильно побит, но не отставал от нас. По виду очень на Хрущёва похож был.