Книга В тени гегемона, страница 17 – Ольга Валль

— Ну, теперь мы точно знаем, чего они хотят, — подал свой тихий голос министр сельского хозяйства. — А то мы экспертов королевского дома видим уже больше года в нашей системе.

— Мы знали это и раньше, — злобно выплюнул министр внешней торговли. Он еще двадцать пять лет назад приносил на заседание план развития, утверждая, что надо более активно заниматься коммерческой экспансией и устанавливать торговые связи не только друг с другом, но и с планетами соседнего сектора. Его вежливо слушали, кивали и откладывали предложение в сторону. Потом в секторе началась война, а теперь вот: они вынуждены думать, как спастись от участи сырьевой колонии.

— А я согласен с предложенным планом, — поддержал коллегу министр иностранных дел Коен Лиаз. — На данный момент это допустимое решение. Мы согласимся на достройку Ранезира, увеличим нашу долю, не привлекая внимания, и заодно займемся установлением более тесных связей с королевским домом. Но после того, как все наладится, имеет смысл пересмотреть условия.

«Пересмотреть условия» — было любимым выражением осторожного Коена, последние десять лет изящно лавирующего между ближайшими обитаемыми мирами в рукаве Ориона. Он никогда не выступал с выраженной позицией «за» или «против» и имел репутацию старожила, пересидев уже трех планетарных канцлеров.

— Они оборзели, — зло бросил Адаль.

— Если не поднимать налоги, зафиксировать цены на продовольственную корзину для среднего класса и подать в прессе под нужным углом, население нас поддержит, — финансовый директор мягко погладил лежащий перед ним планшет. И Касанаве подумал, что этот жест мог бы быть совсем иным: поднять руку, ткнуть пальцем, добавить металла в голос. Но финансовый просто погладил планшет — и это не понравилось канцлеру.

— Мы могли бы на бирже скупить акции Ранезира, которые торгует Ушва, и получить больше преимуществ при принятии решений, но мы же соблюдаем договор о паритете, к тому же у нас и у самих сейчас не такие полные активы, — печально вздохнул финансовый директор.

— Если Ушва не хочет вкладываться в разработки, почему они не предложили это сделать нам? Мы бы сами освоили астероиды. И вот теперь, когда появилась возможность изменить процент владения акциями, вы говорите, что денег нет?! Почему не заложили себе финансовую подушку? — снова влез Адаль.

— Потому что министерство финансов — это не палочка-выручалочка.

— А глист-сосальщик! — рявкнул министр торговли. — Вечно тянули с нас деньги, а когда понадобилось твердо сказать свое слово, вы как тараканы разбегаетесь, ссылаясь на планетарный бюджет.

Касанаве кашлянул, надеясь, что это прозвучит многозначительно, и не ошибся. Сидящие вокруг стола замолчали. «Они растеряны… — подумал канцлер. — В обычное время они справлялись с обязанностями, но, когда возник серьезный кризис, даже не знают, что сказать. Отличный исполнитель, ловкий карьерист, прожженный интриган и дорвавшаяся до власти свинья, которую оттеснили от кормушки, — какой набор портретов! И с этими уродами надо принимать решение и спасать родину…»

— Есть еще новости. И их я бы хотел сначала обсудить с вами, а только потом пустить в наше медиапространство.

Повинуясь жесту канцлера, секретарь включил голографическую карту планетарной системы. Солнце, семь планет, пояс астероидов, искусственная экзо-планета, еще пять планет и тонкие разноцветные пунктиры трасс космической навигации: пассажирские, военные, коммерческие…