Книга В тени гегемона, страница 50 – Ольга Валль

— Во всех наших боях у меня не было к тебе претензий.

— В этом беда, Фред. Я вижу картинку боя целиком, а мои капитаны — еще нет. Если я что-то не увижу, у нашего флота могут быть проблемы.

— Хочешь подстраховаться?

— Хочу минимизировать риски. Чем больше моих ребят смогут считывать общую панораму боя и свое место в нем, тем меньше шансов, что кто-то накосячит.

— Тогда я бы предложил тактические симуляторы подключить. Пусть твои капитаны-новички порешают сложные задачки, а потом с более опытными обсудят свои идеи.

— Именно это я тебе и отправил на подпись, Фред. Только у нас на кораблях стоят очень простые версии симуляторов. Чтобы мы достигли нестыдных результатов, моим капитанам нужны доступы к твоему, адмиральскому. Там можно и задачи сложнее сделать, и возможностей их решения больше.

Фредерик покрутил в голове предложенную идею, обсудил с другими коммодорами, а потом написал в генеральный штаб большую докладную записку о необходимости дополнительного обучения младшего офицерского состава, и в связи с этим просьбу о расширении допуска к тактическим программам. Из штаба Фредерику немного попеняли за нецелевое использование свободного времени персонала, но тот отмахнулся бумажкой из отдела кадров о том, что свободное время на то и свободное, чтобы персонал выбирал себе занятия по душе. А эти «командирские курсы» вообще факультатив.

Еще месяц в генеральном штабе тянули с решением, но разрешение все-таки дали.

Два друга принялись внедрять систему со всем усердием, и через пару месяцев в очередном сражении с пиратами, радовались возросшему уровню маневренности флота. О чем Фредерик отписал командующему, не забыв указать автора.

Меньше, чем через сутки, Тьярро Верде получил благодарность из генштаба и предложение о переходе на другой флот с повышением в звании.

— Тебя пытаются украсть, — прокомментировал присланный документ Фредерик.

— Тебя пытаются ослабить, — Тьярро забрал коммуникатор, на котором показывал командиру письмо. — Ты по-прежнему не ладишь с начальством, зато отлично выполняешь задачи, укрепляешь флот и собираешь собственную команду. На твоем месте я был бы с ними посговорчивее.

— Ну, допустим, команду такого масштаба я собираю впервые. До этого мы с тобой служили в меньших соединениях. А генштаб я не люблю. Они пытались нас убить.

— Не можешь простить им Рудрама?

— Не могу.

— Мы с тобой потом сами разбирали эту тактику. Если бы мы проиграли, силы двух сторон оказались бы в паритете, и можно было начинать переговоры. А разбив их флот, мы сместили преимущество на нашу сторону — и война продолжилась еще на полгода.

— Ты мне еще цифры покажи: сколько бы сгорело нас тогда, и сколько погибло за следующие полгода.

— И приведу! Генштаб тогда был прав!

— Ну пойди и сдохни за него! Я спасал своих людей, и считаю, что был прав я! Нельзя посылать триста тысяч людей на смерть только ради того, чтобы начать переговоры!

— А ты давай сам дослужись до адмирала, возглавь центр стратегического планирования — и я посмотрю, какие ты будешь принимать решения!

— Если я когда-нибудь отдам такой приказ, ты меня пристрелишь!

Верде часто спорил с Фредериком: о флоте, о диспозициях, о кадровой политике, но после этой фразы кивнул и промолчал. Потому что на одном из кораблей, который спасло решение Фреда, капитаном был он сам. И потому, что был согласен с утверждением: нельзя менять жизни на письмо.