Книга Падшие, страница 36 – Ольга Головачева, Михаил Головачев

— Иди… куда шел, – выругалась я. – Лучше подальше от Зоны. Она тебя пережует и косточки не оставит. Фенрир, будь добр, проводи неверного.

Но уйти мальчишке не удалось. Едва он подхватил оружие и собрался дать стрекача, как перед ним, будто из-под земли, выросла долговязая мрачная тень.

В солнечных лучах взмыл черный клинок, человек закричал и рухнул на землю, держась за левый глаз. Деймон злорадно улыбался.

— Я-то ему ничего не обещал!

Крики несчастного, чью плоть разъедала та же самая кислота, что едва не угробила меня на арене, пробуждали в душе смесь жалости к нему и отвращения к поступку брата. Неразумный человек мог просто уйти. Не моя забота, что бы случилось с ним после.

— Брат… я собиралась дать ему свободу…

— Да, конечно. – Сухой выстрел из пистолета с глушителем оборвал мучения еретика. – Свободен.

— Ну ты и сволочь… Я ж хотела как лучше… – Я с трудом поднялась на ноги и оперлась на ствол дерева.

— Говоришь, непричастна к делам еретиков? – Деймон помог мне поудобнее усесться на траве.

— Да. Непричастна. Меня ведет Зона. И Ей, знаешь ли, не слишком нравится бессмысленное кровопролитие. Он угрожал Обелиску или кому-то из нас?

— Ерети-и-ичка, – как-то слишком по-детски обозвал меня Деймон. – Зона говорит с нами через Обелиск и Настоятеля! Не бери на себя слишком много. Твои заблуждения ничего общего с правдой не имеют.

Я устало прикрыла глаза. Рядом послышалось рычащее дыхание, в щеку ткнулся мощный мокрый нос.

— Спасибо… Дальше мы справимся. Не смею вас задерживать. Удачи в освоении новых охотничьих угодий.

На прощание лизнув руку, черный волк завыл, созывая братьев и сестер, и, мягко перебирая лапами по траве, удалился прочь. Я знала, что он все равно не уйдет далеко – что-то нас связывало, тянуло друг к другу. Да, мы разные виды, созданные несовместимыми мирами. Объединяет нас самый нерушимый факт: мы все – дети Зоны. Она и только Она помогала людям выстраивать хрупкое равновесие.

— Так… что тут интересного? Химические ожоги, первая, вторая… ух ты, даже третья степень. – Деймон монотонно бубнил под нос, осматривая повреждения. – Угу… Переломовывих голеностопного сустава. Выше… трещина надколенника…

— Ты неплохо выучился.

— Думала, я только калечить умею? – улыбнулся Деймон, вскрыв аптечку. – А вот и нет. В этом, конечно, спец, но без должного знания базовых основ медицины, и в частности, анатомии, этот навык будет несовершенным.

— Маньяк, – вздохнула я.

— Предпочитаю «художник». Вести допрос – это искусство. – Деймон отстегнул защитные клапаны моей перчатки и аккуратно прицелился иглой от шприц-ампулы в вену на кисти, щедро сбрызнув ее спиртом. – Сейчас будет хорошо. Только не скачи на радостях, а то я год тебя собирать буду.

Игла почти неощутимо прошила тонкую кожу. Бывший дознаватель удивил легкостью проведения манипуляции.

— Говорю же, творческий процесс требует вдохновения. – Деймон прижал клочок бинта к месту укола. – Тупо ломать конечности и крошить черепа может любой дурак. А вот найти ту самую точку, которая станет началом луча, ведущего к истине…

— Может, началом отрезка? – не упустила я шанс поддеть брата. – Луч так-то бесконечен. К прозрению точно не приведет.

— Тьфу на тебя! Всю романтику испортила, – скривился Деймон. – Хорош прохлаждаться. Сейчас сооружу костыль – и в путь-дорожку. Благо я нашел самый короткий маршрут. Кстати, могу тоже обрадовать плохой новостью: наемники действительно обосновываются в Мертвом городе. Если пройдем тихо и не наследим, то нам повезет. Есть тут одно местечко, в котором что-либо искать ни одна живая душа не подумает.