Книга Падшие, страница 74 – Ольга Головачева, Михаил Головачев

— Хах… Я так и думал, – улыбнулся Темный, выдернув меня из воспоминаний. – Думаешь, раз я не верю в богов, то не знаю, как положено общаться в противоположном кругу? Так вот, вернемся к занимательной истории: тот бедолага тоже сначала пообщался со Стасом, а потом с «росянкой».

— Там еще осталось чем общаться? – Меня передернуло.

— Я сам не ожидал. – Наемник потянулся и откинулся на спинку кресла. – А интересный видеоматериал попал в общую сеть, можно сказать, из прямого эфира. Чтобы неповадно было делать из синдиката дурачков.

— Занятно… И к чему история? – Я закинула в рот кусочек шоколада. Спиртное постепенно расслабляло, но тело и разум сохраняли контроль над собой.

Парадокс: одни дети Обелиска, пройдя посвящение, становились невосприимчивыми к самым высоким дозам алкоголя и были не способны упиться до беспамятства, как еретики. Другие же – не выдерживали и пары глотков и уходили в штопор даже раньше обычных людей. Я же находилась где-то между. Организм переносил воздействие спирта, но не отличался особенной стойкостью. Все равно употреблять более, чем положено в ритуальных или медицинских целях, не дозволялось. Разум обязан оставаться чист в любой момент. «Чтоб не буянили и Обелиск не разнесли», – шутил Гарм.

— К тому, чтобы ты знала наши правила. Мы никогда не поднимем руку на своих. Если кто-то оставляет заказ на наемника – сам будет устранен. Мы доводим все дела до конца, даже если это будет стоить нам жизни. Я в замешательстве. С одной стороны, твои руки не совсем чисты. Стать «своей» ты не сможешь… Пока что. С другой… Я тебе обязан. Не представляешь, как внутри все переворачивается, когда своего же добивать приходится.

— Не думала, что ты такой эмпатичный, – съязвила я, потянувшись за шоколадкой.

— А я не предполагал, что вы – живые люди, – честно признался Темный.

— Разочарование взаимно?

— Скажи мне кто-нибудь, что я буду вот так сидеть пить с обелисковцем, так еще и с женщиной…

— Еще и с пси-мутантом, – решила я дополнить фантасмагорию, развернувшуюся в голове наемника.

— Во-во, – согласно кивнул Темный. – Ни в жизнь бы не поверил! Как и все еще не верю тебе…

В комнате будто бы стало холоднее. Весь хмель разом выветрился из головы. Тело и разум мобилизовались и готовы были атаковать. Наемник не надел блокатор, но догадался заранее, как еще можно избежать воздействия: ментальные клещи соскальзывали, пытаясь ухватить одурманенный разум. Темный лишь самодовольно улыбался, наблюдая за моими сосредоточенными попытками хотя бы зацепить его пси-волной.

— Этому способу лет столько, сколько самой Зоне, – усмехнулся Темный. – Если сталкер слишком беден, чтобы позволить себе препараты или технику, он накачивается водкой – и вперед. Заодно и встреча с кукловодом становится занятнее.

— Что ты хочешь?

Я ослабила хватку, понимая, что быстрее рухну сама, чем одолею двенадцатилетний виски в организме наемника.

— Ничего. Наблюдал, как далеко ты зайдешь, если спровоцировать. Видимо, и у тебя есть предел. Только сил… или? – Темный хитро подмигнул.

— Ждешь исповеди? Ты и представить себе не можешь, сколько за последнее время я каялась во грехах… – Устало откинувшись на спинку кресла, я наполнила обе рюмки. – Должно быть, ты тоже частенько слышишь мольбы перед тем, как нажимаешь спуск?