Онлайн книга «Кодекс Охотника # 47»
|
Пустота гудела низко, ровно и очень недовольно. Хроника обернулась к Скверне, и Пастырь тоже повернул к ней оптику. Спрашивать вслух никто не стал, но спрашивали все. Сильнее Скверны в их союзе не было никого, и все трое это прекрасно понимали. Если кто и мог сдвинуть Костяного с дороги, то только она. Скверна же пока молчала и смотрела на Скульптора. Она думала… Что-то с ним было не так. Про Костяного Скверна знала достаточно. Сам он не приходил сюда, в Равномерную, никогда и даже на совет Союза, куда Пастырь с Пустотой явились лично, по словам того же Пастыря, прислал вместо себя костяного посла. Говорил чужими ртами и улыбался чужими черепами, на том его сила и держалась: никогда не знаешь, в какой оболочке он сидит и сколько их у него ещё в запасе. А сейчас он стоял в пробое лично и молчал. Костяной, который обожал поиздеваться и всегда оставлял за собой последнее ядовитое слово, не бросил им через плечо ни звука. И выглядел так безупречно, что это само по себе было подозрительно. Как ни крути, но у них была похожая сила. Искусство управлять мёртвыми. Да, несколько отличались их методы. Скульптор предпочитал работать руками, Скверна же предпочитала работать энергией. Но тем не менее, они друг к другу были ближе, чем Скверна к любому другому из их Нового Союза. Скверна прищурилась и потянулась к нему. Осторожно, самым краешком своей силы, как пробуют зубами, не фальшивая ли золотая монета. Сила Скульптора отозвалась сразу, мёртвая, холодная и знакомая. И… одновременно незнакомая. Она как будто тянулась откуда-то издалека. Будто её держал кто-то, надевший тело хозяина, как надевают чужое пальто и носят нараспашку. Это не он, подумала Скверна. Или не совсем он. Кто-то сидит внутри его места и… Мысль почти оформилась. Ещё мгновение, ещё одно касание, и она бы поняла, кто это или что это, но тут… С той стороны пробоя пришёл свет!!! Сначала белый, ослепительный, такой, что даже Пустота перестала гудеть. Следом второй, третий, волна за волной, и каждая следующая била в Кольцо сильнее предыдущей. Обод содрогнулся, от края до края, так, что площадка под ногами ушла вбок. Где-то далеко, в той части второго Кольца, что уже вылезло в чужой мир, лопнула башня, и отдача прокатилась по всей конструкции, как удар по натянутой струне. Скульптор в пробое пошатнулся. Совсем чуть-чуть, но Скверна увидела. Свет же становился всё ярче. В нём было что-то, от чего у Скверны свело всё её зелёное существо, что-то древнее, тёмное и абсолютно безумное, и вперемешку с этим тёмным, как издёвка, сыпались розовые искры. Мелкие, нежные, как блёстки на детском платье. Пастырь при виде них дёрнулся всей своей механической тушей, будто его ткнули током. — Невозможно, — сказал он, и голос у него дал сбой. — Произвожу перерасчёт… Это невозможно. Обычным оружием моё творение не уничтожить. Я рассчитывал каждую секцию. Каждую! Их оружие не может… — Конечно, не может, — прогудела Пустота. — Если оно не заряжено Бездной. Пастырь замолчал. Внутри его кибернетического мозга что-то щёлкнуло, мигнуло и зависло, и ходячий расчёт просто стоял, ничего не считая. — Это не оружие Бездны… Но я также чувствую энергию Бездны! Этот коктейль из нескольких сил! Мне нужно провести новые расчёты… — Бездна? — переспросила Хроника. — Кто такая Бездна? |