Книга Двадцать два несчастья. Том 1, страница 45 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

Подумав, я кивнул. Квашеная капуста — это то, что надо. Витамин С в чистом виде, да еще и молочнокислые бактерии для кишечника. После всех стрессов моему организму сейчас любая поддержка не помешает. Да и никотиновая ломка, были исследования, быстрее проходит, когда витаминов в достатке.

— С удовольствием, — добавил я и прошел на кухню.

Кухня была маленькой, но уютной. Старая советская мебель, окно с геранью на подоконнике, вышитые салфетки и импортный, но очень старый холодильник LG, мурлыкающий в углу.

— Присаживайся. — Николай Семенович указал на табурет. — Вера, чай пока налей.

— Лучше борща сначала, пусть поест нормально, — проворчала она. — Потом котлетки. А потом чай.

Спорить мужчина не стал, а Вера Андреевна засуетилась у плиты, доставая тарелки из навесного шкафчика.

Николай Семенович присел напротив, внимательно изучая меня.

— Михаил Петрович звонил, — сказал он неожиданно. — Рассказал про операцию.

Я поднял взгляд от стола.

— И что он сказал?

— Что ты провел блестящую операцию дочери Хусаинова. — Отец слегка улыбнулся. — Нейрохирургическую. Хотя сам всегда говорил, что нейрохирургия не твое.

В его тоне не было подозрения, только искреннее удивление и гордость. Я неопределенно пожал плечами.

— Так получилось. Не было другого выхода.

— Ты же знаешь, что я всегда верил в тебя. — Николай Семенович смотрел на меня со странной смесью тепла и печали. — Даже после всего, что произошло. Даже когда ты сам в себя не верил.

Вера Андреевна поставила передо мной большую тарелку с ароматным наваристым борщом. Плюхнула туда ложку сметаны.

Я не стал отказываться. С медицинской точки зрения, передо мной был практически идеальный набор для восстановления после стресса. Свекла расширяет сосуды — благодаря нитратам, которые превращаются в оксид азота и улучшают кровоток. После операции и всех переживаний моему мозгу сейчас нужен нормальный приток кислорода. Капуста — клетчатка и витамины группы B, которые помогают нервной системе прийти в себя. Да и для кишечника полезно, особенно учитывая, что я в последние дни питался черт знает как. А сметана — это не просто вкусно. Жирорастворимые витамины из овощей без жира не усвоятся. Плюс молочный жир снижает уровень кортизола, а у меня его сейчас явно переизбыток.

Я взял ложку и зачерпнул густой, темно-бордовый борщ.

— Спасибо, мам, — сказал я и отправил первую ложку в рот.

Вкус был потрясающим — домашним, насыщенным. Тело отреагировало волной удовольствия, а желудок жадно потребовал еще. Я понял, что не ел ничего подобного уже очень давно.

Вера Андреевна довольно кивнула и села напротив, внимательно наблюдая за мной.

— Ешь, пока горячий… — Она коснулась моего плеча. — А то совсем исхудал. И глаза какие-то… другие.

Я вздрогнул, услышав последнюю фразу, но Вера Андреевна лишь покачала головой:

— Светлее стали. Меньше… мучаешься, что ли.

— Работа занимает все время, — осторожно ответил я.

— Михаил Петрович говорит, ты переменился, — продолжил Николай Семенович. — Говорит, как будто заново родился.

Ложка застыла на полпути ко рту. Я медленно поднял взгляд, но увидел в глазах отца лишь радость и облегчение.

— Я всегда говорил, что все это пройдет. — Николай Семенович тепло улыбнулся. — После смерти Наташи и ребенка ты просто… потерялся. Но теперь, кажется, возвращаешься.