Книга Двадцать два несчастья. Том 2, страница 97 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

— Да не вопрос. Сейчас я пойду позову. Кого надо? — моментально кивнула Носик и с готовностью подорвалась с места.

— Диану Маратовну, — сказал я и пояснил: — Шарипову.

Носик моментально скисла, плюхнулась обратно на стул и неубедительно закопошилась в бумагах на столе:

— Ой, я это… хм… не уверена, что смогу… понимаешь, я же совсем забыла, что у меня сейчас еще планерка будет…

Настроение ее стремительно рухнуло, и, казалось, она сейчас расплачется.

Короче, в результате она взяла и выставила меня из кабинета. Не стала помогать. Странно даже. То ли бабская солидарность, то ли ревность какая-то. И как этих женщин поймешь?

А вот так! Меня осенило, и я включил эмпатический модуль.

Сканирование завершено.

Объект: Носик Марина Владиславовна, 29 лет.

Доминирующие состояния:

— Разочарование острое (88%).

— Ревность ситуативная (76%).

— Стыд за проявленные надежды (74%).

Дополнительные маркеры:

— Резкое изменение позы (закрытая, отвернулась к бумагам).

— Избегание зрительного контакта.

— Потеря самоконтроля при упоминании другой женщины.

А, вот оно что. Можно было и без Системы догадаться, собственно. Носик, видимо, решила, что я к ней захаживаю не просто так. А тут — «позови Диану». Ну и обиделась.

Зря, между прочим. Носик мне тоже нравилась, но скорее как младшая сестра. Никаких романтических чувств я к ней и близко не испытывал.

Что ж, придется искать другой путь к Диане.

* * *

Из отделения гнойной хирургии я вышел расстроенным. Уже и не знал, что делать дальше.

Казалось бы, чего проще — пойти прямо в отделение и позвать Диану. Но так я поступить не мог, потому что здесь стоял вопрос этики. Если нас засекут вместе, если увидят, что я к ней пришел, тот же Бойко или Эльвира начнут ее изводить. А то и подставлять. Уже не понаслышке зная мерзкие характеры своих бывших коллег и то, что творилось в кулуарах этой больницы, я решил не подводить девчонку. Она-то не виновата, что я такой дурак — забыл о встрече в галерее и даже не позвонил.

Я снова набрал ее пару раз, но убедился, что по-прежнему заблокирован. Был еще вариант позвонить с чужого телефона, но она наверняка сбросит незнакомый номер. Значит, нужен кто-то, кто ее вызовет.

Перебирая варианты, я понял, что обратиться мне не к кому.

Равиль? Но я не знал, насколько они с Серегой приятельствовали. К тому же поговаривали, что Равиль метит на его место. Просить такого человека себе дороже.

Олег Бойко? Знаю его меньше двух недель, и он уже у меня на плохом счету.

Виктор? Эта кандидатура вообще без комментариев.

Просить Мельника? Ну, это уже за гранью добра и зла. Тем более я с ним еще не разобрался.

Оставался последний вариант — дурацкий, но единственный.

Напротив больницы, через дорогу, была какая-то кафешка. То ли пиццерия, то ли бургерная — что-то из этой фастфудной ерунды. Можно взять минералки, сесть у окна и караулить, когда народ пойдет домой после смены. Но я не знал, дежурит сегодня Диана или уходит вечером. Не знал, задержится ли она. Не знал, каким выходом воспользуется.

Вариант был так себе. Но других у меня не осталось.

Вздохнув, я поплелся к выходу.

И тут неожиданно нос к носу столкнулся с Галиной Сергеевной, главной медсестрой из неотложки.

— Епиходов? — спросила она удивленно. — А что вы здесь делаете?